Стравливание соседних народов

Российская империя натравливала соседние коренные народы на нохчи, чтобы их враждой ослаблять чеченское сопротивление. В июле 1810 года, преследуя отступавшую чеченскую партию, командующий генерал Ивелич, по свидетельству имперского историка Потто, «подговорил ближайшие аулы ингушей, ввиду возможности большой наживы, отрезать ей отступление»; натравленные ингуши напали на чеченцев, и те «понесли такую потерю, что бросили на месте сражения даже тело своего предводителя»^[3]. Командующий Кавказской линией генерал Дельпоццо доносил, что мирным старшинам, обязавшимся действовать против чеченцев, «обещано вознаградить по заслугам»^[2].

Российская империя натравливала на нохчи соседние народы, чтобы их враждой ослаблять чеченцев. В 1816 году нохчи во главе с Бейбулатом Таймиевым взяли в плен майора Швецова^[4]. В ответ командующий на Тереке генерал Дельпоццо письмом к кумыкским владельцам Эндирея, Аксая и Костека понуждал их пойти войной на чеченцев: «прошу вас, советую, приказываю вам составить из себя одну думу, одну волю, возвратить немедленно силою оружия пленного майора Швецова, положить предел разбойничьему народу… сделать такое постановление, которое бы довело Чеченцев до слабости, повиновения нам, совершенного рабства пред вами»^[5]. Кумыкские владельцы подписали «Обязательства», в которых обязались «прекратить все взаимные вражды… и составить братство», «никого из Чеченцев… не принимать… но везде, где ни с оной встретится, убить или представить живого ближайшему Российскому начальству», и не пропускать к ним никаких товаров^[5].

Российская империя натравливала соседние коренные народы друг на друга, чтобы их взаимная вражда ослабляла сопротивление каждого и не давала им объединиться. Для похода 1807 года на чеченцев главнокомандующий на Кавказе генерал Гудович принуждал кабардинцев выступить против нохчи: за неявку «из званий узденей и бегаулей назначенных» был положен штраф «по 50 р. с. и 2 быками». Генерал Дельпоццо доносил, что «склонил Кабардинцев к выступлению в поход и содействию вместе с нашими войсками к наказанию Чеченцев», и хотя «уговорить их было весьма трудно», собрал свыше 3,500 человек, которые «чрез р. Терек переправились и прибыли… на р. Сунжу» против чеченских и карабулакских селений; сами кабардинцы при этом отказывались идти прямо «против Чеченцев», как единоверцев, соглашаясь действовать лишь «против одних Карабулаков». Цель такого натравливания генерал Гудович формулировал прямо — «сии два народа поссорить между собою и привесть во вражду друг против друга, чем самым современем их ослабить»^[1].

Российская империя натравливала на нохчи соседний народ, чтобы ослабить их сопротивление. Историк Д. А. Хожаев пишет, что Ермолов, «пытаясь спровоцировать столкновение между чеченцами и ингушами… насильно собирал ингушей в милицию и направлял их вместе с царскими отрядами против чеченских аулов», хотя ингуши «отказывались идти против своих сородичей… дезертируя из милиции»^[4].

Российская империя натравливала соседние коренные народы друг на друга, чтобы их взаимная вражда ослабляла сопротивление каждого и не давала им объединиться. Для похода 1807 года на чеченцев главнокомандующий на Кавказе генерал Гудович принуждал кабардинцев выступить против нохчи: за неявку «из званий узденей и бегаулей назначенных» был положен штраф «по 50 р. с. и 2 быками». Генерал Дельпоццо доносил, что «склонил Кабардинцев к выступлению в поход и содействию вместе с нашими войсками к наказанию Чеченцев», и хотя «уговорить их было весьма трудно», собрал свыше 3,500 человек, которые «чрез р. Терек переправились и прибыли… на р. Сунжу» против чеченских и карабулакских селений; сами кабардинцы при этом отказывались идти прямо «против Чеченцев», как единоверцев, соглашаясь действовать лишь «против одних Карабулаков». Цель такого натравливания генерал Гудович формулировал прямо — «сии два народа поссорить между собою и привесть во вражду друг против друга, чем самым современем их ослабить»^[1].

Российская империя натравливала соседние коренные народы на нохчи, чтобы их враждой ослаблять чеченское сопротивление. В июле 1810 года, преследуя отступавшую чеченскую партию, командующий генерал Ивелич, по свидетельству имперского историка Потто, «подговорил ближайшие аулы ингушей, ввиду возможности большой наживы, отрезать ей отступление»; натравленные ингуши напали на чеченцев, и те «понесли такую потерю, что бросили на месте сражения даже тело своего предводителя»^[3]. Командующий Кавказской линией генерал Дельпоццо доносил, что мирным старшинам, обязавшимся действовать против чеченцев, «обещано вознаградить по заслугам»^[2].

Российская империя натравливала на нохчи соседние народы, чтобы их враждой ослаблять чеченцев. В 1816 году нохчи во главе с Бейбулатом Таймиевым взяли в плен майора Швецова^[4]. В ответ командующий на Тереке генерал Дельпоццо письмом к кумыкским владельцам Эндирея, Аксая и Костека понуждал их пойти войной на чеченцев: «прошу вас, советую, приказываю вам составить из себя одну думу, одну волю, возвратить немедленно силою оружия пленного майора Швецова, положить предел разбойничьему народу… сделать такое постановление, которое бы довело Чеченцев до слабости, повиновения нам, совершенного рабства пред вами»^[5]. Кумыкские владельцы подписали «Обязательства», в которых обязались «прекратить все взаимные вражды… и составить братство», «никого из Чеченцев… не принимать… но везде, где ни с оной встретится, убить или представить живого ближайшему Российскому начальству», и не пропускать к ним никаких товаров^[5].

Российская империя натравливала на нохчи соседний народ, чтобы ослабить их сопротивление. Историк Д. А. Хожаев пишет, что Ермолов, «пытаясь спровоцировать столкновение между чеченцами и ингушами… насильно собирал ингушей в милицию и направлял их вместе с царскими отрядами против чеченских аулов», хотя ингуши «отказывались идти против своих сородичей… дезертируя из милиции»^[4].

Российская империя натравливала соседние коренные народы друг на друга, чтобы их взаимная вражда ослабляла сопротивление каждого и не давала им объединиться. Для похода 1807 года на чеченцев главнокомандующий на Кавказе генерал Гудович принуждал кабардинцев выступить против нохчи: за неявку «из званий узденей и бегаулей назначенных» был положен штраф «по 50 р. с. и 2 быками». Генерал Дельпоццо доносил, что «склонил Кабардинцев к выступлению в поход и содействию вместе с нашими войсками к наказанию Чеченцев», и хотя «уговорить их было весьма трудно», собрал свыше 3,500 человек, которые «чрез р. Терек переправились и прибыли… на р. Сунжу» против чеченских и карабулакских селений; сами кабардинцы при этом отказывались идти прямо «против Чеченцев», как единоверцев, соглашаясь действовать лишь «против одних Карабулаков». Цель такого натравливания генерал Гудович формулировал прямо — «сии два народа поссорить между собою и привесть во вражду друг против друга, чем самым современем их ослабить»^[1].

Российская империя натравливала соседние коренные народы на нохчи, чтобы их враждой ослаблять чеченское сопротивление. В июле 1810 года, преследуя отступавшую чеченскую партию, командующий генерал Ивелич, по свидетельству имперского историка Потто, «подговорил ближайшие аулы ингушей, ввиду возможности большой наживы, отрезать ей отступление»; натравленные ингуши напали на чеченцев, и те «понесли такую потерю, что бросили на месте сражения даже тело своего предводителя»^[3]. Командующий Кавказской линией генерал Дельпоццо доносил, что мирным старшинам, обязавшимся действовать против чеченцев, «обещано вознаградить по заслугам»^[2].

Российская империя натравливала на нохчи соседние народы, чтобы их враждой ослаблять чеченцев. В 1816 году нохчи во главе с Бейбулатом Таймиевым взяли в плен майора Швецова^[4]. В ответ командующий на Тереке генерал Дельпоццо письмом к кумыкским владельцам Эндирея, Аксая и Костека понуждал их пойти войной на чеченцев: «прошу вас, советую, приказываю вам составить из себя одну думу, одну волю, возвратить немедленно силою оружия пленного майора Швецова, положить предел разбойничьему народу… сделать такое постановление, которое бы довело Чеченцев до слабости, повиновения нам, совершенного рабства пред вами»^[5]. Кумыкские владельцы подписали «Обязательства», в которых обязались «прекратить все взаимные вражды… и составить братство», «никого из Чеченцев… не принимать… но везде, где ни с оной встретится, убить или представить живого ближайшему Российскому начальству», и не пропускать к ним никаких товаров^[5].

Российская империя натравливала на нохчи соседний народ, чтобы ослабить их сопротивление. Историк Д. А. Хожаев пишет, что Ермолов, «пытаясь спровоцировать столкновение между чеченцами и ингушами… насильно собирал ингушей в милицию и направлял их вместе с царскими отрядами против чеченских аулов», хотя ингуши «отказывались идти против своих сородичей… дезертируя из милиции»^[4].