Агрессоры могут проводить системную идеологическую обработку собственного населения, формируя культ исключительности и мессианства. В рамках такой парадигмы культура колонизатора провозглашается высокой и несущей прогресс, в то время как культура колонизируемых народов целенаправленно маргинализируется, представляется отсталой, вторичной или вовсе не имеющей права на самостоятельное существование. Это служит базовым идеологическим оправданием для последующего доминирования.
Аппарат пропаганды Российской империи использовал поэзию для трансляции в общество логики доминирования: имперский историк и участник событий В. А. Потто фиксирует, что поэт А. С. Пушкин в стихах провозглашал неизбежность завоевания: «Смирись, Кавказ,- идет Ермолов!»[1], а поэт В. А. Жуковский восхвалял разрушение инфраструктуры военачальниками: «Лишь к селам - пышут села»[2].
Системное навязывание логики превосходства метрополии. Логику Каткова исследователи реконструируют так: «нация должна быть племенем, способным создавать государство; только государственная нация может устанавливать порядок в какой-либо территории; племенам, неспособным создавать государство, приходится подчиняться государственной нации»[3]. Сам Катков писал: «В признании нации решается вопрос о власти, о правительстве, о государстве»[3]. Грушевский фиксирует и тезис, и его тираж: Валуев ссылался на мнимое «большинство малороссов», которые будто бы «не знают украинской народности ни языка, а только один российский народ и язык», а рупоры этой идеологии доводили её до формулы «нет никаких русинов — есть только один „русскій народъ", от Карпат до Камчатки»[4].
Тотальная индоктринация российского общества идеями философа И. Ильина (так называемый «белый фашизм») и превращение концепта «Русского мира» в государственную идеологию (рашизм), обосновывающую культурное превосходство и экзистенциальное право метрополии на насилие над соседями[5].