| ID | Название |
|---|---|
| T0113.001 | Законодательный запрет родного языка |
| T0113.002 | Исключение родного языка из делопроизводства |
В рамках лингвистической ассимиляции агрессоры могут принудительно переводить работу всех государственных, судебных и административных учреждений исключительно на язык метрополии. Создание языкового барьера между бюрократическим аппаратом и коренным народом искусственно маргинализирует местное население, ограничивает его доступ к государственным услугам и вынуждает переходить на язык колонизатора для социального и карьерного выживания.
Вытеснение родного языка из официальной сферы городов: с ликвидацией остатков магдебургского самоуправления исчезла и последняя институциональная опора для местной правовой традиции – украиноязычное судопроизводство было свернуто еще с распространением общероссийской судебной системы в 1780-х годах[1].
Попытка легализовать маргинализацию государственного языка в регионах: закон «Об основах государственной языковой политики» (закон Кивалова-Колесниченко) допускал перевод делопроизводства на «региональные языки», фактически закрепляя доминирование русского в русифицированных регионах[2].