Агрессоры могут осуществлять принудительный роспуск, запрет и криминализацию деятельности независимых просветительских, культурных, научных и благотворительных обществ коренного народа. В острой фазе эта техника применяется для нейтрализации защиты, лишая общество легальных структур для горизонтальной самоорганизации. В долгосрочной перспективе она служит закреплению контроля, так как ликвидация национальных гражданских институтов делает невозможным легальное развитие национальной культуры и формирование независимых элит.
Уничтожение первой политической организации украинской интеллигенции по доносу студента Петрова в тайную полицию: «В марте 1847 общество было разгромлено жандармами. Полиции удалось выявить 12 членов законспирированной организации»[1].
Зачистка гражданских сообществ на волне подавления восстания: «подавление польского восстания 1863–1864 гг., оказавшее соответствующее влияние на украинофильское движение, которое интерпретировалось царской администрацией как австрийская интрига, привели к самороспуску громад и угасанию общественной активности»[2].
Театр запрещён не как репертуар, а как институция: третьим пунктом пересмотра 1881 года предписано «совершенно воспретить устройство специально малорусского театра и формирование трупп для исполнения пьес и сцен исключительно на малорусском наречии»[3]. Отдельные пьесы при этом разрешались - с разрешения администрации на каждую постановку. Запрет бил не по тексту, а по возможности существования постоянного коллектива: играть иногда можно, быть украинским театром нельзя. Доклад с этим пунктом подал министр внутренних дел Игнатьев, соизволение императора последовало 8 октября 1881 года[3].
Прямое закрытие легальных просветительских обществ: из примерно сорока «Просвит» подроссийской Украины на Полтавщине и Харьковщине их запрещали с самого основания, а в 1908–1910 годах, при Столыпине, ликвидированы практически все остальные, кроме отделов Екатеринославской губернии[4]. Разгром получил доктринальное обоснование: Столыпин в обращении к Сенату заявил, что оживление украинской культурной жизни нежелательно, ибо «три основные ветви восточного славянства и происхождением и языком не могут не составлять одного целого»[4].
Циркуляр Столыпина губернаторам (20 января 1910) — полный запрет на самоорганизацию: «при обсуждении ходатайств о регистрации каких бы то ни было инородческих обществ… надлежит… неукоснительно отказывать в регистрации их уставов»[5].
Силовое подавление протестов и репрессивные меры против национальной самоорганизации того же периода: столыпинское «распоряжение губернаторам… с требованием прекратить регистрацию «инородческих», в т. ч. и украинских, национальных культурно-просветительских обществ»[6].
10 сентября 1919 года полковник Матвеев, временно возглавлявший администрацию белых в городе Николаеве, издал распоряжение: все союзы и товарищества, которые не подали свои уставы или не утверждены окружным судом, считаются закрытыми[7]. Украинские просветительские общества, выросшие за годы революции без утверждения по дореволюционному порядку, попадали под это условие целиком: чтобы закрыть их, отдельного приказа не требовалось - именно так, формально нейтральным условием, белые и закрывали украинские общества. Историки Института истории Украины подтверждают итог: украинские учреждения при белых были ликвидированы, а на их месте заводились русские[8].
Колонизатор репрессировал почти весь Союз писателей Чечено-Ингушетии. 20 ноября 1937 года бюро областного комитета партии («обком ВКП(б)») распустило правление писателей республики - формулировка постановления: «как оказавшееся засоренным враждебными буржуазно-националистическими элементами /Арсанов, Мамакаев, Айсханов и другие/»[9]. Один из осуждённых, Халид Ошаев, писал в 1961 году осетинскому писателю Хаджи-Мурату Мугуеву: «из 12 членов союза писателей Чечено-Ингушетии было арестовано 9 человек, осуждено 7 человек, расстреляно 4. Сам я, член Союза писателей с 1934 года, просидел в заключении 13 лет, 2 года сидел в одиночном заключении»[10].
Принудительное закрытие всех национальных советов, педагогических институтов, театров и культурных учреждений этнических меньшинств в УССР[11]: национальные районы и сельсоветы ликвидированы постановлением Оргбюро ЦК ВКП(б) от 24 января 1938 года[12], а постанова Политбюро ЦК КП(б)У от 10 апреля 1938 года реорганизовала национальные школы и техникумы и превратила Одесский немецкий педагогический институт в институт иностранных языков[13].