Агрессоры могут организовывать фиктивные электоральные процедуры (референдумы, выборы) в условиях оккупации, отсутствия свободы слова и военного давления. Имитация демократических процессов позволяет колонизатору формально легализовать режим или процесс аннексии, обеспечивая юридическое и политическое закрепление контроля над территорией в глазах собственного и мирового сообщества.
Оформление оккупационного режима через фиктивные процедуры. Запуганную резней старшину заставили проголосовать за угодного метрополии кандидата: «По окончании этого действия состоялась казнь захваченных в Батурине старшин, а затем формальные выборы нового гетмана. При создавшихся условиях старшина просто утвердила представленного Петром Скоропадского»[1][2].
В декабре 1917 года большевики провели в Харькове фиктивный «всеукраинский» съезд, чтобы придать захвату власти в Украине вид народного волеизъявления. Выборные собрания рабочих и солдат, через которые большевики пытались захватить власть, съехались на настоящий Всеукраинский съезд Советов в Киеве 4–6 (17–19) декабря 1917 года. На настоящем съезде украинцы большевиков почти не заметили: из более чем 2500 делегатов «большевиков представляли лишь 150», и съезд поддержал Центральную Раду[3]. Коммунисты решили не сдаваться. Затонский (один из них, позднее член марионеточного правительства в Харькове) вспоминал: «собравшись нелегально в помещении профсоюзов, делегаты съезда, все большевики, кроме двух или трёх левых эсеров, постановили объявить себя полномочным Съездом Советов Страны, избрать Центральный Исполнительный Комитет и правительство Советской Украины и, переехав в Харьков, стать к открытой борьбе с Центральной Радой»[4]. Новый «съезд» собрался в городе, уже захваченном российскими войсками. Историк Станислав Кульчицкий пишет: «за день до начала съезда советов гарнизон Центральной Рады в Харькове был разоружён войсками В. Антонова-Овсеенко, которому Совнарком поручил занять Украину силой оружия»[5]. 9(22) декабря в Харькове открылся областной съезд советов Донбасса и Криворожья. При проверке полномочий делегатов насчитали 77 человек с правом голоса и ещё 6 без права голоса. В Донбассе и Криворожье было 140 выборных собраний рабочих и солдат, а делегатов прислали только 46 из них. По правилу предыдущего областного съезда заседать можно было только при делегатах от половины этих собраний. Собравшиеся в Харькове отменили это правило голосованием, 46 против 18 при 5 воздержавшихся, и признали себя вправе заседать. Затем к собравшимся обратились делегаты, ушедшие из Киева. Большинством 43 против 11 собрание постановило «слиться с представителями Краевого съезда и назвать съезд „съездом Советов рабочих и солдатских депутатов Украины при участии части крестьянских депутатов"»[6]. Так собрание одной области заговорило от имени всей Украины. Право заседать оно выдало себе само, отменив собственное правило о том, что заседать можно только при делегатах хотя бы от половины собраний области. Новое имя дало голосование 43 против 11 в харьковском зале, а не выборы: за пределами зала за этот съезд никто не голосовал. Историк Владислав Верстюк называет его «наспех инсценированным альтернативным съездом Советов»: «на нём 200 делегатами были представлены 89 советов и военно-революционных комитетов», тогда как «только советов на тот момент в Украине было более 300»[7]. Историк Лариса Якубова отмечает: делегатов от крестьян «почти не было», а оговорку «при участии крестьянских депутатов» из названия съезда советская историография позднее вычистила[8]. В постановлении 9(22) декабря эта оговорка стоит[6]. Большинство населения Украины осталось за дверями зала. Собрание объявило себя Всеукраинским съездом Советов и провозгласило создание советской - «мол, действительно народной» - Украинской Народной Республики[8].
Организация безальтернативных «Народных сборов» под контролем оккупационных войск для юридического оформления захвата: «27 октября во Львове Народное собрание Западной Украины 1939 приняло Декларацию о воссоединении Западной Украины с Украинской ССР, а 1 ноября ВС СССР принял закон о включении Западной Украины в составе УССР в СССР»[3].
Референдум с неопределенной формулировкой для легитимизации союзного контроля: бюллетень референдума 17 марта 1991 года предлагал голосовать за «сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик»[9] – при том, что содержание «обновленной федерации» нигде не определялось, а результат затем использовался как мандат на новый союзный договор.
Имитация народной воли под военной оккупацией: сперва массовка «сил самообороны», затем фиктивный референдум. Генеральная Ассамблея ООН постановила, что референдум 16 марта 2014 года «не был санкционирован Украиной» и, «не имея законной силы, не может быть основой для какого-либо изменения статуса Автономной Республики Крым или города Севастополя»[10]. Картинку народного порыва обеспечивала митинговая и «добровольческая» массовка, за которой стояли российские военные, - это Путин признал 17 апреля 2014 года: «за спиной сил самообороны Крыма, конечно, встали наши военнослужащие»[11].