Агрессоры могут целенаправленно разрушать, подменять или интегрировать духовные институты и верования коренного народа в собственную доминирующую религиозную систему. Использование религии как инструмента унификации позволяет колонизатору установить жесткий идеологический диктат, уничтожить независимые духовные авторитеты местного населения и навязать ему покорность через сакрализацию власти агрессора.
Сразу после подчинения началось навязывание московских церковных стандартов и обрядов, маргинализировавшее локальную традицию. Каноническую незаконность самого акта Вселенский патриархат зафиксировал прямо: «отчуждение от нашего Престола Митрополии Киева и зависимых от неё Православных Церквей Литвы и Польши, а равно и присоединение их к Святой Церкви Москвы, с самого начала были совершены совсем не в согласии с законными каноническими предписаниями»[1].