Убийство пленных и задержанных

Красногвардейцы расстреляли пленных под Крутами (станция на Черниговщине) по разрешению командующего Первой революционной армией Егорова. Комиссар 1-го Московского красногвардейского отряда Лапидус, который был при пленных на станции и накануне вместе с начальником броневого поезда Зомбартом отговорил красногвардейцев от немедленной расправы, в своих показаниях следствию по делу главнокомандующего Муравьёва рассказал: «На следующий день, когда мы отъезжали от ст. Круты, поезд по дороге остановился по приказанию Егорова, из вагона были выведены все задержанные и в 300 шагах от поезда их расстреляли разрывными пулями. Я подошел к убитым, затем подошел к Егорову и спросил, почему их расстреляли. Егоров, покуривая папиросу и улыбаясь, ответил, что разрешил он красногвардейцам потому, что они настаивали на этом»^[1]. Член комитета Первой революционной армии Мойсеев описал в показаниях, кого расстреляли: «На ст. Круты были захвачены в плен около 20 гайдамаков, среди которых было много гимназистов лет по 17. Их вывезли за станцию и стали расстреливать самым беспардонным образом. Был возмутительный случай, когда один юноша убежал от этого места, но его нагнали, привели к прежнему месту в одном белье и расстреляли», - и уточнил: «это было произведено в поезде, которым командовал Егоров»^[1]. Начальник Московского отряда Бабенко захватил пленных, а Муравьёв назначил Егорова командующим Первой армией - обе привязки стоят в материалах следствия^[1]. Следствие уточнило число расстрелянных: секретарь армейского комитета Цвангер исправила своё показание, назвав 24 человека вместо прежних 150, и член следственной комиссии заверил исправление^[2]. Источники расходятся в описании способа казни: сотник Аверкий Гончаренко, командовавший украинским отрядом под Крутами, в воспоминаниях писал, что пленных не расстреливали, а кололи штыками, тогда как в документах советского следствия значится расстрел разрывными пулями^[2].