в кампании «Коллективизация Чечни (1927-1936)»
СССР боролся с восставшими в декабре 1929 года аулами не только войсками, но и ложными обещаниями; чеченский историк А. Г. Авторханов, работавший в те годы в Чечне и писавший в эмиграции, описал эту механику. Для «мирной ликвидации» восстания из Москвы прибыла правительственная делегация - в неё входили член Центрального комитета союзной партии («ЦК ВКП(б)») Николаева и заместитель главы правительства РСФСР Рискулов, - и созданная ею «мирная комиссия» из духовных авторитетов заявила повстанцам в Шали: «в происшедших событиях ответственность несут исключительно местные работники, действовавшие вопреки установкам партии и правительства», а от имени правительственной комиссии было оглашено обращение к чеченскому народу: «внутренние чеченские дела будет решать и впредь сам чеченский народ»[1]. Повстанцы, пишет Авторханов, «признали эти объяснения удовлетворительными и согласились вернуться по домам»; прибывший следом отряд ГПУ (политической полиции, предшественницы современной ФСБ) три дня арестовывал местных советских работников - как и было обещано; Авторханов продолжает: «а к часу ночи четвертого дня окружили дом бывшего вождя повстанцев Шиты Истамулова»[1]. Захват сорвался - чеченцы отбили Шиту Истамулова с боем; Авторханов пишет: «На ультиматум сдаться без боя, однако, Шита и его брат Хасан ответили огнем. Часть дома Шиты была объята пламенем, а Хасан тяжело ранен, когда к рассвету подоспела помощь: около сотни вооруженных всадников-чеченцев окружили самую часть войск ГПУ, обложившую дом Шиты. После какого-нибудь часа рукопашного боя отряд ГПУ, числом до 150 человек, был почти целиком уничтожен»[1]. Авторханов продолжает: «Освобожденный своими друзьями Шита Истамулов призвал всех чеченцев к «священной войне» за восстановление «Имамата Шамиля» и изгнание «неверных» с Кавказа. Следуя этому призыву, вновь восстали Шали, Гойти, Беной»[1]. Вторым обманом стала амнистия; Авторханов пишет: «Всем участникам восстания, в том числе и вождям восстания, была объявлена амнистия от имени центрального правительства» - Шита Истамулов вернулся в Шали и «по указанию сверху» даже был назначен председателем Шалинского сельского потребительного общества (кооперации по промтоварам)[1]. Авторханов описывает развязку так: осенью 1931 года Шита Истамулов «был вызван к начальнику районного ГПУ Бакланову для вручения ему официального акта амнистии из Москвы. Вручая ему одной рукой акт, Бакланов из-под стойки другой рукой выпустил в него всю обойму из маузера. Тяжело раненный Истамулов успел насмерть заколоть кинжалом вероломного Бакланова. Наружная охрана добила Истамулова»[1].