в кампании ««Сосланы навечно»: жизнь в спецпоселении и возвращение на занятую родину (1949-1965)»
Колонизатор оставил высшие должности восстановленной республики за русскими руководителями. Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут, что вокруг первого секретаря областного комитета большевистской партии («обкома КПСС») Яковлева «сложилась группировка руководящих работников, которая отрицательно относилась «...к акту восстановления автономии чечено-ингушского народа...»», а сам Яковлев «открыто заявлял, что считает большой ошибкой решение по реабилитации репрессированных народов»[1]. Чиновник правительства РСФСР Федин докладывал 29 августа 1957 года, что трое членов Оргкомитета из чеченцев и ингушей - Дукузов, Мальсагов и Тепсаев - «более восьми месяцев не назначены ни на какие должности и по существу ни за что конкретно не отвечают», хотя «в республике ощущается большой недостаток в кадрах из чеченцев и ингушей»[2]. Писатель А. Е. Костерин, свидетель событий, писал: «Все велось и ведется так, чтобы вызвать эксцессы со стороны изгнанников и против партийно-советских организаций, и против тех, кто заселил их селения... Эти эксцессы были, есть и, к сожалению, будут, если не изменится позиция и тактика обкома»[1]. Те же историки пишут: «Очень быстро в социалистической Чечено-Ингушетии формируется негласная система распределения высших должностей» - посты первого секретаря областного комитета партии, министра внутренних дел, прокурора, главы КГБ (предшественника современной ФСБ), руководителя «Грознефти» и другие «закрепляются за русскими руководителями»[1].