Нейтрализация оппозиции

В 1972-1981 годах чеченцы и ингуши дважды писали в Москву о дискриминации и протестовали на площади; каждый раз колонизатор исключал из единственной разрешённой партии и судил протестующих, а не оккупационное руководство региона. Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут, что в марте 1972 года 26 чеченских и ингушских коммунистов «написали коллективное письмо в адрес ЦК КПСС [центральной власти в Москве], в котором прямо обвинили партийное руководство Чечено-Ингушетии не только в шовинизме, но и коррупции. Результат обращения, однако, был не тот, на который рассчитывали авторы коллективного письма: наказание понесли не руководители республики, а они сами»; из партии исключили С. Бокаева, С. Плиева, Н. Умархаджаева, Б. Костоева, Б. Льянова^[1]. 16 января 1973 года ингуши собрались на центральной площади Грозного, перед зданием оккупационной администрации региона, и к ним присоединились чеченцы; участник митинга Салман Маматиев вспоминает: «на второй день на площади чеченцев было почти столько же, сколько ингушей»^[2]. Очевидица событий Аза Базоркина вспоминает: «С самодельной трибуны на площади Ленина 16, 17 и 18 января день и ночь льется обида обездоленных обманутых людей», а в ночь на 19 января милиция и внутренние войска (предшественники современной Росгвардии) разогнали площадь: «Сомневающуюся молодежь, не желавшую расходиться без достоверных сведений, избивая резиновыми дубинками и поливая из брандспойтов ледяной водой, загнали в автобусы, вывезли за город, где выпустили, мокрых, в двадцатиградусный мороз в чистом поле»^[3]. 13 марта 1973 года Москва приняла постановление «Об антиобщественных националистических проявлениях в г. Грозном»; 27 марта оккупационная администрация региона постановила принять его «к неуклонному руководству и исполнению» и записала: «За националистические действия и активное участие в антиобщественных проявлениях исключены из партии Плиев С. X., Газдиев А. М., а также Куштов А. С. – врач 2-ой горбольницы, Абадиев Б. – директор театра кукол, Ужахова – преподаватель школы-интерната № 15, Эгиев – бывший председатель постройкома СМУ-7 [профсоюзного комитета строительного управления], Даурбеков – бывший зав. отделом Назрановской районной газеты»^[2]. Историк А. Б. Кузнецова приводит итог: «Из КПСС было исключено 23 человека, из ВЛКСМ [комсомола, молодёжной организации советской власти] – 18, освобождены от руководящей работы 9 человек и привлечены к уголовной ответственности – 14 человек»^[4]. 27 декабря 1973 года председатель КГБ (предшественника современной ФСБ) Андропов докладывал в Москву: «После известных событий, происходивших в г. Грозном в январе 1973 года, в которых принимали активное участие около 400 ингушей из Пригородного района Северо-Осетинской АССР, в результате принятых органами госбезопасности мер новые попытки осуществить общественно опасные действия, особенно в феврале 1973 года в годовщину выселения ингушей, а также накануне праздников 1 и 9 мая, были предотвращены»^[5]. В июне 1981 года 23 коммуниста написали Брежневу о коррупции главы оккупационной администрации региона Власова; историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут: «ЦК КПСС и на этот раз поддержал республиканское руководство, обвинив авторов письма в национализме (хотя среди подписавших его были люди разных национальностей, в том числе русские и украинцы). Два человека были исключены из партии»^[1].