Террор

В захваченном Киеве оккупанты за 1919 год расстреляли сотни людей: убивали по ночам, имена убитых ежедневно печатали в газете, а в последнюю неделю августа объявили «неделю красного террора». Очевидица - киевлянка Катерина Коваль-Медзведская, прожившая в городе под московской оккупацией семь месяцев, с февраля по август 1919 года. Она записала: 24 августа 1919 года «официально объявлена „неделя красного террора" - кровь полилась реками. Всесильные в тот день Петерс, Ворошилов и Лацис не считаются с членами правительства Раковским, Мануильским и другими, подписывавшими ордера об освобождении из ЧК тех или иных лиц, а приказывают их расстреливать „в порядке красного террора"». Расстреливали по ночам: «С 2 до 4 часов зловещую ночную тишину в несчастном, измученном городе нарушали одиночные выстрелы и пронзительные звуки автомобильной сирены. Люди, жившие поблизости от одной из 17 разбросанных по городу чрезвычаек, понимали, что это расстреливают наших братьев, крики и стоны которых красные палачи заглушали остро-пронзительными звуками сирен»^[1].

С 24 по 30 августа включительно газета «Известия» - издание киевской оккупационной власти - ежедневно объявляла списки десятков расстрелянных «в порядке красного террора»; 26 августа «объявлен был список 167 лиц, расстрелянных „в порядке красного террора"» - среди них люди, о чьём освобождении очевидица за два дня до того читала приказ в канцелярии центрального органа колониальной администрации (ВУЦИК). «А сколько же людей погибало без объявления, просто исчезали без следа!»^[1]. Один из таких газетных списков уцелел в перепечатке: врио начальника Информационной части белых Шумахер привёл в «Сводке сведений о злодеяниях и беззакониях большевиков» № 25 напечатанный в киевских «Известиях» перечень расстрелянных оккупантами: профессор, преподаватель гимназии, купцы, домовладельцы, присяжные поверенные, бывший киевский губернатор Суковкин, бывший вице-губернатор Неклюдов, 80-летний Слинко^[2]. Сама форма объявлений шла из Москвы: постановление правительства РСФСР «О красном терроре» от 5 сентября 1918 года за подписями министра юстиции Курского и министра внутренних дел Петровского требовало «опубликовывать имена всех расстрелянных, а также основания применения к ним этой меры» - киевские списки с формулой «в порядке красного террора» давали имена и основание - то, чего требовало постановление^[3].

Глава советской колониальной администрации Украины Раковский 9 августа 1919 года писал Ленину, что киевская тайная полиция увлекалась расстрелами по наскоро составленным спискам и что всего в Киеве расстреляно более 300 человек^[4], а председатель украинской тайной полиции Лацис в отчётной книге 1920 года привёл собственную статистику: «Киевской Чрезвычайной Комиссией совместно с В.У.Ч.К. расстреляно 825» человек за 1919 год до октября^[5].