В сентябре 1832 корпусный командир Розен обложил сёла Чечни и Ичкерии ежегодной податью с каждого двора как условием пощады. Имперский историк Волконский писал: «от д. Мецо-ерзо-юрт взяты аманаты и подать по рублю с дыма»; сёла Ешта-кале и Ейни-кале обязались «платить на будущее время подать по 1 рублю с дыма»[1]. Розен доносил военному министру Чернышёву: село Гурдали «выдала аманата и обязалась платить подать»[2]. Подать взыскивалась с народа, чьи сёла и посевы в те же дни истреблялись войсками.