Истребление 61 селения равнинной Чечни и горной Ичкерии войсками Розена, сожжение заживо защитников Герменчука и вымогание заложников от 80 сёл (1832)

В августе - сентябре 1832 корпусный командир барон Розен принуждал сёла Чечни и Ичкерии к выдаче аманатов под прямой угрозой истребления. Розен доносил военному министру Чернышёву о селе Мискит: «когда им объявлено было, что в случае малейшего сопротивления вся деревня, хлеба и сено будут истреблены, то они немедленно представили аманатов»^[2]. Итог Розен подвёл там же: заложническим подчинением охвачено «Чеченских и Ичкеринских селений более 80-ти»^[2].

В августе - сентябре 1832 войска корпусного командира барона Розена присваивали имущество и скот жителей и взыскивали денежные штрафы. Имперский историк Волконский писал: имущество 50 семейств, укрывшихся в лесу близ Маиртупа, «досталось в добычу отряду»; у Центороя «отбито 6 лошадей и 50 штук рогатого скота»^[3]. Розен доносил военному министру Чернышёву: 15 сентября у села Дунген-юрт кавалерия «отбила 140 баранов и 9 штук рогатого скота», а всего за поход «подати и штрафа деньгами и скотом уплачено... около 5-ти т. р. с. [пяти тысяч рублей серебром]»^[2].

В августе - сентябре 1832 войска корпусного командира барона Розена уничтожали посевы и пашни разоряемых сёл - пищевую базу народа накануне зимы. Розен признал это в рапорте военному министру Чернышёву: непокорные селения «наказаны истреблением жилищ и пашень»^[2]. Имперский историк Волконский писал: 1 сентября жители Автуров за отказ выдать пленных «наказаны истреблением посевов и жилищ»; 3 сентября у Гельдигена отряд «истребил их пашни и дома»^[3].

С 22 августа по конец сентября 1832 корпусный командир барон Розен провёл поход по Чечне и Ичкерии (горной юго-восточной части чеченской земли) в отместку народу за восстание и применяя единую схему: селение, не выполнившее условий, истреблялось. Розен признал схему в рапорте военному министру Чернышёву: селения, «не могши согласиться между собою насчёт освобождения пленных наших, наказаны истреблением жилищ и пашень»^[2]. Историк Д. А. Хожаев писал: «Летом и осенью 1832 года войска генерала Розена прошлись по Чечне, оставляя за собой смерть и разрушение»^[1].

В сентябре 1832 корпусный командир барон Розен обложил сёла Чечни и Ичкерии ежегодной податью с каждого двора как условием пощады. Имперский историк Волконский писал: «от д. Мецо-ерзо-юрт взяты аманаты и подать по рублю с дыма»; сёла Ешта-кале и Ейни-кале обязались «платить на будущее время подать по 1 рублю с дыма»^[3]. Розен доносил военному министру Чернышёву: село Гурдали «выдала аманата и обязалась платить подать»^[2]. Подать взыскивалась с народа, чьи сёла и посевы в те же дни истреблялись войсками.

9 сентября 1832 при захвате села Центорой в Ичкерии колонна генерала Вольховского из отряда корпусного командира барона Розена захватила в плен женщину из числа жителей, не успевших скрыться. Имперский историк Волконский писал: «взята в плен одна женщина»^[3]. 15 сентября у села Дунген-юрт кавалерия майора Борейши захватила в плен жителей, застигнутых при попытке покинуть дома. Розен доносил военному министру Чернышёву: кавалерия «успела взять в плен 4 чел. и 1 женщину»^[2].

23 августа 1832 при штурме Герменчука войска корпусного командира барона Розена сожгли заживо около 60 окружённых защитников села во главе с муллой Абдурахманом, отказавшихся сдаться. Розен доносил военному министру Чернышёву: группа «в числе около 60-ти чел. ... предводительствуемая... муллою Абдур-Рахманом, была отрезана и окружена нами в одном большом доме»^[2]. Имперский историк Волконский, писавший по донесениям Розена, признаёт способ расправы: «генерал-маиор Вольховский приказал набросать в трубы горящие дрова и сено. Это подействовало... большая же часть с муллою Абдурахманом погибла в пламени, продолжая петь стихи корана»^[3]. Демонстративное сожжение людей заживо служило устрашению всей Чечни; Волконский признаёт расчёт: разгром Герменчука «должен был самым удручающим образом подействовать на чеченцев»^[3].

С 22 августа по 23 сентября 1832 войска корпусного командира барона Розена снесли десятки сёл Чечни и Ичкерии: Белгатой и Джан-юрт, дома шестисотдворного Герменчука, Шали (кроме 11 дворов), Алхан-юрт, Сала-юрт, Катар-юрт, Лялсин-юрт, Назари-юрт, Уздень-юрт, Урузбей-юрт, Хызин-Ерзо-юрт, Анзели-юрт, Чингарой-юрт, Саид-юрт, Анто-юрт, Асхор-юрт, Таба-юрт, Кудиш-юрт, Маиртуп, Шони, Центорой, хутор Хамер, Али-юрт, Бей-Булат-юрт, Бачин-юрт, Хелбойн-юрт, Беной и другие. Розен доносил военному министру Чернышёву о командировании полковника Шумского, которым «истреблены Алхан-юрт, Сала-юрт, Катар-юрт, Лялсин-юрт, Назари-юрт, Уздень-юрт, Урузбей-юрт и Хызин-Ерзо-юрт»^[2], а итог подвёл сам: «Истреблено непокорившихся селений 61»^[2]. Историк Д. А. Хожаев писал: «Войска генерала сожгли Беной и другие чеченские селения»^[1].