Принудительное разоружение

Аманатско-податная система Пулло, командующего левым флангом Кавказской линии (цепи имперских укреплений на земле нохчи), включала систематическое изъятие оружия у жителей захваченных аулов Чечни. Пулло в докладной записке 1840 года назвал это собственной программой: «власть приставов была упрочена и тогда же положено начало системе обезоружения горцев, взиманием со всех аулов по одному ружью с 10 сакель. Всего было собрано с лишком 1900 ружей, обстоятельство важное, как по количеству собранного оружия, так и в особенности потому, что горцам внушена была в первый раз мысль, что правительство имеет право лишать оружия тех, которые его во зло употребили» (сакля - дом горца; пристав - назначенный империей надзиратель над аулами; цифра 1900 - самоотчёт Пулло; историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов насчитывают по архивам около полутора тысяч)^[1]. Историк Д. А. Хожаев пишет: «Экспедиции генерала Пулло в декабре 1839 года и январе 1840-го для поддержания русского управления и начавшееся разоружение чеченских плоскостных аулов, когда Пулло потребовал выдать по одному ружью с каждых десяти домов, вызвали возмущение в широких слоях чеченского народа»^[2]. Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов называют разоружение спусковым крючком восстания: «Страх, что вслед за разоружением власти введут в Чечне общероссийские крепостнические порядки, позорные для людей благородного сословия, коими считали себя практически все чеченцы, заставил горцев взяться за оружие»^[3].