Дегуманизация

31 июля 1925 года Реввоенсовет СССР объяснил готовящуюся операцию свойствами целого народа - в приказе сказано: «Чеченская область является очагом уголовного бандитизма, распространяемого на соседние с Чечней районы... В массе своей чеченцы склонны к бандитизму, как к главному источнику легкой наживы, чему способствует наличие большого количества оружия. Нагорная Чечня является убежищем для наиболее закоренелых врагов Советской власти»^[1]. Ярлык из приказа перешёл в рабочую номенклатуру операции: инструкция от 4 августа 1925 года, утверждённая командующим Северо-Кавказским военным округом Уборевичем, членом Реввоенсовета округа Володиным и полномочным представителем ОГПУ (политической полиции, предшественницы современной ФСБ) по краю Евдокимовым, ставит людей в один ряд с винтовками и «изымает» их одним глаголом - пункт 8 инструкции гласит: «В случае выполнения условий сдачи оружия поголовный обыск не производится, а только изымается бандитский и порочный элемент»^[2]. Так преступность объявлена свойством народа, а его люди - «элементом», подлежащим изъятию.