Военная интервенция

25 августа 1925 года СССР ввёл войска в Чеченскую автономную область, чтобы отобрать оружие у жителей; операцию вели армия и ОГПУ (политическая полиция, предшественница современной ФСБ) под общим руководством командующего Северо-Кавказским военным округом Уборевича и полномочного представителя ОГПУ по краю Евдокимова^[1]. Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут о силах, собранных против чеченских сёл: «Всего к участию в ней были привлечены около семи тысяч красноармейцев при 240 пулеметах и 24 [артиллерийских] орудиях. Кроме того, в распоряжении командующего операцией находилось два авиационных отряда и бронепоезд. В тактическом отношении войска, а также оперативные группы ГПУ, были разбиты на семь группировок»^[2]. Историк Т. У. Эльбуздукаева приводит по военным документам другой счёт: 6183 красноармейца при 137 станковых и 102 лёгких пулемётах, 14 горных и 10 лёгких [артиллерийских] орудиях, и сверх того 341 сотрудник ОГПУ, собранный со всего Северного Кавказа^[1]. Один из организаторов операции, секретарь Северо-Кавказского крайкома партии Микоян, вспоминал, что «Договорились направить в Чечню "на учения" две дивизии. В ходе учений предусматривались общение с населением, вечера самодеятельности, концерты, сближение с местной молодежью, что должно было еще больше укрепить доверие к Советской власти»^[3]; ту же легенду разбрасывали с воздуха - в рассказе уцелевшего спутника имама Нажмуддина Гоцинского, напечатанном в 1936 году в варшавском журнале «Северный Кавказ», сказано: «Для успокоения населения с аэропланов разбрасывались прокламации, в которых писалось, что происходят обыкновенные маневры и жителей просят не беспокоиться и сидеть по домам»^[4]. Руководителя самой Чечни - председателя Чеченского ЦИКа (высшего органа власти автономной области) Эльдарханова - о подготовке не известили: «Центр и органы ОГПУ не посчитали нужным проинформировать о готовящейся акции даже председателя Чеченского ЦИКа Т. Эльдарханова. Скопление войск в Грозном было объяснено предстоящими маневрами»^[1]. При этом инструкция о разоружении от 4 августа 1925 года вписала Чеченский ЦИК в каждый шаг исполнения: его представители вместе с командованием входят в окружённый аул и созывают сход, заседают в комиссиях по приёму оружия, обязаны давать характеристики районов, а после «всех перечисленных мер воздействия» получают полномочия распускать сельские исполкомы и ставить ревкомы^[5]. Ещё до ввода войск ОГПУ описало каждое село: историк Е. Ф. Жупикова приводит - «Органы ОГПУ собрали сведения о наиболее влиятельных муллах и шейхах, о почетных стариках, о проводниках, без которых невозможно было проникнуть в горы»^[6]; на каждый населённый пункт завели анкету с числом жителей и дворов, составом населения по тайпам (родам) и количеством оружия, которое планировали изъять^[5].