Военная интервенция

Для возведения базы на землях нохчи администрация ввела вооруженные отряды: историк Е. Н. Кушева пишет, что весной 1567 года из Москвы были посланы воеводы А. С. Бабичев и П. Протасьев «со многими людьми, да и наряд, пушки и пищали»^[1], а историки А. С. Куликов и В. А. Рунов отмечают, что они были посланы «с огненным боем и многими людьми»^[2].

Оккупационная администрация Московского Царства систематически вводила вооруженные отряды на земли нохчи для удержания плацдарма: составитель сборника документов Е. Н. Кушева указывает, что на месте крепости «по распоряжению терских воевод постоянно находился отряд стрельцов и казаков»^[3], а во время осады 1653 года там находились «русские служилые люди, терские атаманы и казаки»^[3].

Оккупационная администрация системно вводила регулярные войска для удержания гарнизона: историки А. С. Куликов и В. А. Рунов отмечают, что в начале XVII века «гарнизон – более тысячи стрельцов и казаков»^[2].

Оккупационная администрация Терского города направила вооруженные отряды, которые, как докладывали царю Михаилу Федоровичу кабардинский князь Сунчалей Янглычевич Черкасский и его сын кабардинский князь Шолох, совершили переход «через горы и горскими расселинами, непроходимыми месты»^[3] для подавления не подчинившихся обществ.

Вооруженные отряды, лояльные метрополии, осуществляли вторжение на территории горных обществ нохчи для подавления их сопротивления: историк И. Х. Тхамокова указывает, что в 1628 году кабардинский мурза Коншов-мурза Битемрюков «ходил на этих «горских людей» вместе с «вольными» атаманами и казаками и с «окочанами»»^[4].

Когда скрытых методов дестабилизации оказалось недостаточно, царство перешло к открытому военному вторжению. Регулярная московская армия попыталась силой подчинить Гетманщину, что закончилось для нее катастрофой под Конотопом. Имперский историк Соловьев признавал: «Цвет московской конницы, совершившей счастливые походы 54-го и 55-го годов, сгиб в один день… Никогда после того царь московский не был уже в состоянии вывести в поле такого сильного ополчения»^[5].

Физическое уничтожение вооруженных сил сторонников независимости в ходе генерального сражения для ликвидации военного потенциала сопротивления^[6].

Регулярная армия Российской империи ввела вооруженные контингенты для подавления сопротивления в регионе: историк Ш. Б. Ахмадов фиксирует, что «23 июля 1722 г. царский отряд во главе с генералом Ветерани... приблизился к с. Эндери»^[7].

Регулярная армия Российской империи направила вооруженные контингенты для превентивного подавления антиколониального выступления: историк Я. З. Ахмадов цитирует рапорт генерала Дугласа, который постановил, что собравшееся войско повстанцев необходимо «недопущая к размножению посланною командою отвратить и разрушить»^[8], после чего, как констатирует историк Ш. Б. Ахмадов, «4 июля 1732 г. царские власти снарядили в Чечню военный отряд во главе с командовавшим войсками в крепости Святой Крест генералом Дугласом»^[7].

Окружение и силовой захват Сечи имперскими войсками сразу после того, как казаки помогли империи выиграть войну. Манифест фиксирует операцию буднично: «4 Июня Нашим Генерал-Порутчиком Текеллием со вверенными ему от нас войсками занята Сечь Запорожская»^[9].

Российская империя вводила войска на земли нохчи, чтобы силой проникнуть вглубь Большой Чечни и сломить сопротивление её обществ. Историк Д. А. Хожаев описывает войска генерала Булгакова как «пришедших с огнём и мечом на чеченскую землю», а Ханкальское сражение 1807 года — как кровопролитное^[10]. В феврале 1807 года три отряда под общим началом командующего Кавказской линией генерала Булгакова переправились за Терек; 13 февраля войска штурмом прорвали Ханкальское ущелье, которое жители укрепили завалами, рвами и засеками. Командующий Кавказской линией генерал Булгаков доносил, что вошёл «для примерного наказания» обществ нохчи, что жители, собравшись числом около 10,000, «решась погибнуть, нежели чрез ущелье пропустить Российское войско»; при штурме ущелья, из оборонявшихся чеченцев, по его рапорту, «около 1,000 убитых тех на месте»^[11]. Имперский историк Потто признаёт, что после булгаковского штурма Ханкальского ущелья попытки русских проникнуть вглубь Чечни «больше уже не возобновлялись»^[12].

Регулярная армия Российской империи вводила войска на земли нохчи между Тереком и Сунжой, чтобы силой перенести передовую укрепленную линию вглубь чеченской территории и поставить край под военный контроль. Историк Д. А. Хожаев определяет смысл переноса линии как сжатие не подчинившейся Чечни «новыми крепостями и укреплениями»^[10]. Имперский генерал Ермолов, в «Записках» свидетельствует о вводе войск: «24-го мая переправился весь отряд… в один марш перешел от Терека на реку Сунжу»^[13].

Ввод войск для силового подавления освободительного движения: созданные повстанцами отряды «были в апреле—мае 1831 разгромлены царскими войсками»^[14].

На восстание Чечни империя ответила вводом войск. Генерал Пулло, командовавший левым флангом Кавказской линии (цепи имперских укреплений на земле нохчи), рапортом от 9 марта 1840 года доносил о выступлении против восставших: «я выступил вчерашнего числа в Ханкалу с 5-ю ротами» (Ханкала - урочище у крепости Грозной)^[15]. Вторым вводом стал отряд на реке Сунже: имперское предписание от 25 марта 1840 года поставило ему задачу «удержания карабулаков в покорности» (карабулаки - вайнахское общество между Чечнёй и Ингушетией; «покорность» - имперская формула подчинения)^[15].

Трижды за 1842-1845 годы империя бросала на Чечню большие армии. 30 мая 1842 года генерал Граббе, командующий войсками Кавказской линии (цепи имперских укреплений на земле нохчи), повёл десятитысячный отряд из крепости Герзель в Ичкерию (горную юго-восточную Чечню) - к Дарго, резиденции Шамиля (имама, руководителя сопротивления горцев Дагестана и Чечни российскому завоеванию); историк Н. И. Покровский: «В шестидневном бою в густых ичкеринских лесах Граббе потерпел решительное поражение»^[16]; историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов считают: «Общие потери убитыми, ранеными и пропавшими без вести составили 66 офицеров и свыше 1700 нижних чинов»^[17]. 14 ноября 1843 года император Николай I лично назначил новые силы: «Посылаю тебе на один год 2 дивизии в составе 24 баталионов... даю я тебе такие силы, каких Кавказ и во сне не видел... Ты должен проникнуть в горы, разгромить Шамиля везде, где тебе противостанет, все истреблять, что тебе будет противиться, но щадить все, что покоряться будет без боя» - и добавил о подкупе: «Сори деньги, стараясь ими привлечь на нашу сторону людей, пользующихся влиянием на племена»^[15]. Летом 1845 года Воронцов, наместник и главнокомандующий на Кавказе, по прямому распоряжению Николая I повёл армию на Дарго: Покровский считает отряд в 9500 человек, историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов - «армию в 21 тысячу солдат и офицеров с 42 артиллерийскими орудиями»^[16][17]. Поход кончился катастрофой: «Из 9500 человек, составлявших отряд Воронцова, выбыло из строя 3510 чел., среди которых было 3 генерала, 28 штаб-офицеров и 158 обер-офицеров»^[16]. Судьбу самого Дарго источники передают по-разному: по Покровскому, войска нашли аул «очищенным и зажженным самими мюридами»; по записи Гаджи-Али, спутника и хрониста Шамиля, русские «после незначительной перестрелки завладели» Дарго, а уходя сожгли около 700 своих палаток; историк Д. А. Хожаев пишет, что селение сожгли сами царские войска^[16][18][10].

Прямой ввод красных войск, тяжелые бои за станции и штурм Киева. Поход на Киев возглавлял Муравьев: он «возглавлял поход советских войск на Киев в январе 1918»^[19]. Общее командование осуществлял Антонов-Овсеенко: «в декабре 1917 - марте 1918 - комиссар по борьбе с контрреволюцией на Юге, руководил советскими войсками в борьбе против атамана А.Каледина и Украинской Центральной Рады»^[20].

В январе 1918 года войска большевистской России наступали на Киев. У станции Круты украинская оборона преградила им путь. С конца декабря 1917 года юнкера - курсанты 1-й Киевской юношеской военной школы имени Богдана Хмельницкого, четыре сотни по 150 курсантов при 20 старшинах и 18 пулемётах - под командованием сотника Аверкия Гончаренко удерживали Бахмач, железнодорожный узел на границе УНР и РСФСР^[21]. 27 января к ним из Киева прибыла первая сотня студенческого добровольческого батальона под командованием сотника Омельченко - 115-130 добровольцев: студенты и гимназисты старших классов, подростки, многим из которых было по 17 лет^[21][22]. Украинское командование выслало вместе с сотней и подрывную команду; добровольцы окопались по обе стороны железнодорожного пути между станциями Круты и Плиски^[23]. Бой начался утром 29 января 1918 года. Историки Института истории Украины Национальной академии наук пишут: он шёл «во время наступления на г. Киев войск большевистской России», наступал «6-тысячный большевистский отряд петроградских и московских красногвардейцев» во главе с Егоровым^[21]. Сражение продолжалось до вечера, оборонявшиеся отбили несколько атак; историки оценивают потери защитников: «до 300 убитых, раненых, пленных»^[21]. К вечеру сотник Аверкий Гончаренко приказал отойти к своему эшелону - поезду отряда, ожидавшему в двух километрах; отступая, часть студенческой сотни попала в окружение, а один взвод в сумерках потерял ориентир и вышел на станцию, уже занятую красногвардейцами, - 27 пленных подростков и студентов были расстреляны^[21]. Защитники задержали продвижение красногвардейцев на Киев: объясняя значительные потери и задержку, Муравьёв в отчёте утверждал, будто украинскими силами командовал «сам С. Петлюра», - это отмечают составители сборника Украинского института национальной памяти^[23].

Полномасштабное наступление Украинского фронта Красной армии в начале 1919 года для повторного захвата украинских городов после ухода австро-немецких войск^[24].⏎Летом 1919 года на Украину наступала и белая армия - Вооружённые силы Юга России во главе с генералом Деникиным^[25]. Наступление белой армии Деникина на Киев шло под лозунгом восстановления «единой и неделимой России»^[24]. 30 августа 1919 года Киев, почти без боя оставленный красными, заняли объединённые украинские войска - 1-й и 3-й корпуса Украинской галицкой армии (УГА) и Запорожская группа армии Украинской Народной Республики (УНР) под общим командованием галицкого генерала Кравса; на 16 часов следующего дня, воскресенья 31 августа, Кравс назначил на Крещатике торжественный парад украинских войск с участием главы Директории УНР Симона Петлюры^[26]. На следующий день после того, как украинские армии вошли в столицу, Киев заняли и деникинские войска под командованием генерала Бредова, силой вытеснив украинские части^[26]. События 31 августа 1919 года получили название «Киевская катастрофа»^[26][24]. Катастрофой этот день стал для украинских армий и государственности УНР: взятую накануне столицу они потеряли за сутки, в вооружённом столкновении на Думской площади были убитые и раненые, несколько сотен человек попали в плен^[26]. Историки Института истории Украины Национальной академии наук заключают: «успешная поначалу операция украинских войск обернулась болезненным поражением». О последствиях они пишут: катастрофа «деморализующе повлияла на украинскую армию и усилила расхождения в стратегических целях» двух украинских политических руководств - надднепрянского и галицкого^[26].⏎Ход дня известен по дневнику Начальной команды - штаба Украинской галицкой армии. Утро 31 августа штаб описал так: в 8 часов деникинские части вошли в город, «кажется, через средний незанятый мост и также через железнодорожный мост, куда переехало несколько бронепоездов», и расположились в юго-восточных предместьях^[27]. Старший из галицких командиров отаман Виметаль условился с деникинскими командирами о временной демаркационной линии, но между 16 и 17 часами к городской Думе, уже занятой галичанами, подошёл деникинский генерал Штакельберг с делегацией офицеров и отрядом в 100-200 человек; Кравс потребовал отвести их за условленную линию^[27]. Развязку штаб записал так: собравшаяся толпа, «зная о присутствии деникинских войск в Киеве, потребовала вывешивания российского флага на Думе, кроме уже водружённого нами там украинского», и Кравс, «чтобы успокоить толпу, в которой находилось много бывших российских офицеров», разрешил это с мотивировкой «как знамя общей борьбы обеих армий против большевиков»^[27]. Проходившие мимо Думы части Запорожской группы «сорвали российский флаг»; началась стрельба - деникинские отряды напали на рассеянные по городу галицкие части, огонь по ним, по той же записи, вело с крыш и балконов и «гражданское население»^[27]. Итог дня в дневнике: «10 убитых казаков», разоружённые штаб III галицкого корпуса и одиннадцать его сотен, брошенные в городе орудия Запорожской группы; силы Деникина Кравс оценил «по меньшей мере в две дивизии»^[27]. Сражения за город не вышло: после стрельбы у Думы поднялась «большая паника» - несколько подразделений были разоружены, остальные с боем вышли за город; штаб подытожил: «единый отпор по причине упомянутой паники был невозможен»^[27]. Кравс выехал для переговоров к Бредову и уже по дороге встретил «сильные колонны добровольцев [солдат Добровольческой армии Деникина]», маршировавшие на город^[27].⏎Киев остался за деникинцами. В ночь на 1 сентября Кравс подписал с Бредовым соглашение о выводе галицких частей; ко 2 сентября войска группы собирались уже на линии Игнатовка - Васильков^[27]. Решение о выводе приняло командование: стрельцы группы, по записи за 1 сентября, «сильно подавленные последними событиями, требуют нового наступления на Киев»^[27].⏎Осенью 1919 года Красная армия перешла в контрнаступление уже против войск Деникина^[24].

12 декабря 1919 года командование советского Южного фронта отдало секретную директиву № 188. Документ подписали командующий фронтом Егоров, будущий глава СССР Сталин и начальник штаба Петин. Директива приказывала армии захватчиков «в кратчайший срок овладеть г. Киевом»^[28]. 16 декабря 1919 года армия советской России (РСФСР) заняла Киев в третий раз с начала коммунистической революции^[28][24].
Украинская Народная Республика (УНР) - украинское государство, провозглашённое в 1917 году. К декабрю 1919 года её армию, восемь-десять тысяч воинов, многие из которых болели тифом, зажали у Старокостянтинова на Волыни: с юга и востока Добровольческая армия Деникина, с запада польская армия, с севера войска советской России. Современники называли это положение «треугольником смерти»^[14]. На совещании в Новой Чортории 4-6 декабря 1919 года глава Директории УНР Симон Петлюра и командование армии решили ликвидировать регулярный фронт. Армия УНР под командованием Михаила Омеляновича-Павленко ушла в рейд по тылам советских и белых войск: за 180 дней, с 6 декабря 1919 года по 6 мая 1920 года, около десяти тысяч воинов прошли по Украине две с половиной тысячи километров. Этот рейд называют Первым зимним походом^[14].
В ту же зиму советские войска оккупировали большую часть Украины. Даты захвата городов по донесениям фронтов: 11 декабря 1919 года Полтава и Харьков, 16 декабря Купянск, 24 декабря Луганск, 5 января 1920 года Мариуполь, 7 февраля Одесса^[28]. На Правобережье российский оккупант дошёл до польского фронта: Каменец-Подольский, Проскуров и Староконстантинов держали поляки^[14].
Руководство УНР подписало союз с Польшей и заручилось поддержкой её армии в борьбе против российских оккупантов. Весной 1920 года армии Польши и УНР двинулись освобождать Киев. 6 мая 1920 года командующий Юго-Западным фронтом советской армии Егоров телеграфировал в секретном приказе № 304: «Киев должен достаться противнику лишь ценой самых крупных с его стороны потерь»^[29]. Армии УНР и Польши Киев отбили: 7 мая польские разведывательные подразделения доехали до центра города городским трамваем, а 8 мая в столицу вошли десять полков 3-й польской армии^[30].
Оккупант собрал силы и 6 июня прорвал польский фронт южнее Киева, у Самгородка. 10 июня польские войска, подорвав Цепной и Русановский мосты, отступили из Киева^[30]. 12 июня 1920 года Егоров докладывал: «Части 58 дивизии заняли Печерск и входят в Киев». Приказы о перехвате железной дороги Киев - Коростень, отданные накануне, подписали Егоров и Сталин^[29].
18 октября 1920 года на польско-советском фронте наступило перемирие, и Армия УНР осталась против захватчика одна^[30]. К 10 ноября она держала фронт силами 8968 штыков и 3250 сабель при 95 орудиях и 687 пулемётах. Против неё советское командование двинуло 12-ю и 14-ю армии, Башкирскую конную бригаду и конную бригаду Котовского: 24 000 штыков, 4000 сабель, 120 орудий и пять бронепоездов^[31]. Оккупационные войска атаковали первыми и сорвали готовившееся наступление на Подолье, в сегодняшних Винницкой и Хмельницкой областях. За одиннадцать суток боёв Армия УНР потеряла около 13 тысяч воинов, почти всю артиллерию и четыре бронепоезда^[30].
21 ноября 1920 года около 12 тысяч воинов УНР со штабом Симона Петлюры и министерствами перешли реку Збруч, по которой шла граница с землями, переданными Польше по Варшавскому договору^[30]. Участник отступления Михаил Андрусяк вспоминал: «Печально, с опущенными головами складывали козаки оружие после перехода через мост и маршировали дальше на Запад»^[32].
Осенью 1921 года воины армии УНР предприняли последнюю попытку поднять всеобщее восстание против советских оккупантов. Этот рейд называют Вторым зимним походом, а его ход известен по докладу начальника Полевого повстанческого штаба полковника Юрия Отмарштейна, поданному Симону Петлюре. В 2 часа ночи 4 ноября 1921 года отряд перешёл польско-украинскую границу у села Боровое: 155 старшин и урядовцев, 645 козаков, 32 лошади, винтовками вооружено около 56 процентов людей^[33]. 7 ноября отряд под общим командованием Юрия Тютюнника с боем освободил узловую станцию Коростень и выпустил из тюрьмы 600 политических заключённых, но в то же утро отошёл: к городу подходил бронепоезд советских оккупантов с орудиями, против которых отряду нечего было выставить, а патроны приходилось беречь. В бою погибли семь старшин и двенадцать козаков^[33].
Дальше идти отряд не смог. Половина пехоты шла без сапог и с обмороженными ногами, обоз вёз до 80 раненых, а патроны пополняли только тем, что брали у убитых и пленных россиян. Штаб решил поворачивать назад, в сторону Польши^[33]. Войска российского захватчика блокировали район рейда УНР и 17 ноября окружили отряд у села Малые Миньки на севере Житомирской области. Свыше 400 воинов погибли в бою, 537 попали в плен, а больше сотни пробились из окружения и 20 ноября ушли за польскую границу^[20][34]. Пленных отвезли в село Базар, где 359 из них расстреляли^[35]. Вооружённая борьба регулярной Армии УНР на этом завершилась^[26].

25 августа 1925 года СССР ввёл войска в Чеченскую автономную область, чтобы отобрать оружие у жителей; операцию вели армия и ОГПУ (политическая полиция, предшественница современной ФСБ) под общим руководством командующего Северо-Кавказским военным округом Уборевича и полномочного представителя ОГПУ по краю Евдокимова^[36]. Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут о силах, собранных против чеченских сёл: «Всего к участию в ней были привлечены около семи тысяч красноармейцев при 240 пулеметах и 24 [артиллерийских] орудиях. Кроме того, в распоряжении командующего операцией находилось два авиационных отряда и бронепоезд. В тактическом отношении войска, а также оперативные группы ГПУ, были разбиты на семь группировок»^[17]. Историк Т. У. Эльбуздукаева приводит по военным документам другой счёт: 6183 красноармейца при 137 станковых и 102 лёгких пулемётах, 14 горных и 10 лёгких [артиллерийских] орудиях, и сверх того 341 сотрудник ОГПУ, собранный со всего Северного Кавказа^[36]. Один из организаторов операции, секретарь Северо-Кавказского крайкома партии Микоян, вспоминал, что «Договорились направить в Чечню "на учения" две дивизии. В ходе учений предусматривались общение с населением, вечера самодеятельности, концерты, сближение с местной молодежью, что должно было еще больше укрепить доверие к Советской власти»^[37]; ту же легенду разбрасывали с воздуха - в рассказе уцелевшего спутника имама Нажмуддина Гоцинского, напечатанном в 1936 году в варшавском журнале «Северный Кавказ», сказано: «Для успокоения населения с аэропланов разбрасывались прокламации, в которых писалось, что происходят обыкновенные маневры и жителей просят не беспокоиться и сидеть по домам»^[38]. Руководителя самой Чечни - председателя Чеченского ЦИКа (высшего органа власти автономной области) Эльдарханова - о подготовке не известили: «Центр и органы ОГПУ не посчитали нужным проинформировать о готовящейся акции даже председателя Чеченского ЦИКа Т. Эльдарханова. Скопление войск в Грозном было объяснено предстоящими маневрами»^[36]. При этом инструкция о разоружении от 4 августа 1925 года вписала Чеченский ЦИК в каждый шаг исполнения: его представители вместе с командованием входят в окружённый аул и созывают сход, заседают в комиссиях по приёму оружия, обязаны давать характеристики районов, а после «всех перечисленных мер воздействия» получают полномочия распускать сельские исполкомы и ставить ревкомы^[39]. Ещё до ввода войск ОГПУ описало каждое село: историк Е. Ф. Жупикова приводит - «Органы ОГПУ собрали сведения о наиболее влиятельных муллах и шейхах, о почетных стариках, о проводниках, без которых невозможно было проникнуть в горы»^[40]; на каждый населённый пункт завели анкету с числом жителей и дворов, составом населения по тайпам (родам) и количеством оружия, которое планировали изъять^[39].

Прямое вооруженное вторжение Красной армии 17 сентября 1939 года на территорию Польши для военной оккупации западноукраинских земель; захват был закреплен «договором СССР с Германией (28 сентября 1939)», которым «было подтверждено включение западноукраинских земель в состав СССР»^[41].

Использование регулярных войск без знаков различия для установления контроля над полуостровом. Год спустя это признал В. Путин на «прямой линии» 17 апреля 2014 года: «за спиной сил самообороны Крыма, конечно, встали наши военнослужащие. Они действовали очень корректно, но… решительно и профессионально»^[42]. Украинские гарнизоны на полуострове были блокированы и разоружены, что Путин признал сам: «и то, как были разоружены украинские части - это всё было сделано настолько стремительно, что создавалось ощущение, что это невероятно долго готовилось»^[42].

Открытый переход государственной границы регулярными войсками РФ летом-осенью 2014 года для спасения сепаратистов от разгрома: командир «ДНР» признал, что решающую роль сыграли российские военные, приезжавшие «в отпуске» - «в основном на Мариуполь наступали «отпускники». Когда они ушли, зыбкая осталась и линия фронта, и возможности»^[43]. Наступление обернулось тяжелыми потерями украинской армии под Иловайском и Дебальцевом. Присутствие регулярных войск продолжалось и в 2015 году: взятые в плен под Счастьем ГРУшники были «бойцы 3-й отдельной гвардейской бригады специального назначения Главного управления Генштаба ВС РФ, которые 26 марта прибыли на территорию Украины и были расквартированы в Луганске»^[44].

Вторжение регулярной армии РФ и массированные ракетно-авиационные удары по украинским городам: «24 февраля 2022 года президент Российской Федерации Владимир Путин объявил о своём решении провести в Украине „специальную военную операцию" ради её „демилитаризации и денацификации". В тот же день российские войска пересекли границу Украины в различных пунктах, в том числе через Беларусь, и начали атаки с суши, с воздуха и с моря»^[45]. Комиссия ООН расследовала события февраля-марта 2022 года в Киевской, Черниговской, Харьковской и Сумской областях^[45].