Нейтрализация оппозиции

Чеченский историк А. Г. Авторханов, работавший в те годы в Чечне и писавший об этом в эмиграции, пишет: «В начале октября 1937 года в сопровождении большого чекистского штаба в Чечено-Ингушетию прибыл кандидат в члены Политбюро, председатель партколлегии при КПК при ЦК и заместитель Ежова – Шкирятов»^[1]. Шкирятов собрал в грозненском Доме культуры имени Ленина расширенный пленум областного комитета партии - по архивным протоколам пленум шёл 8-10 октября 1937 года, участников было 194^[2] - и позвал туда же ответственных работников города и районов. Авторханов продолжает: «Шкирятов дал приказ об аресте всех чеченцев и ингушей, являющихся членами Чечено-Ингушского областного комитета»^[1]. Чекисты арестовали их тут же, в зале пленума. Авторханов пишет о продолжении: «Потом приказ Шкирятова был распространен и на всех чечено-ингушских работников, от председателя республиканского правительства до председателя сельсовета»^[1]. В октябре и ноябре 1937 года НКВД (предшественник современной ФСБ) арестовал председателя правительства республики Али Горчханова, его заместителя Абдул-Халима Саламова, второго секретаря областного комитета Хаси Вахаева, заведующего отделом культуры и пропаганды областного комитета Магомеда Мамакаева, народного комиссара (министра) просвещения Хамида Окуева, председателя Верховного суда Мусу Ханиева, прокурора республики Хасана Мехтиева и председателя Союза советских писателей Саида Бадуева. Авторханов пишет и о нижних этажах: «Арестованы были также председатели районных исполнительных комитетов (в Чечено-Ингушской республике было до 28 районов), почти все председатели сельских Советов, колхозов и их партийные организаторы»^[1]. Из 23 начальников районных отделов НКВД чеченцем был только Гойтиев, и НКВД арестовал его тоже. НКВД арестовывал, а партийные органы снимали с должностей - историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут: «Всего в октябре 1937 г. было репрессировано 30 из 76 членов и кандидатов в члены Чечено-Ингушского обкома, включая всех чеченцев и ингушей; 20 из 28 секретарей районных партийных комитетов; 77 членов райкомов и 192 руководящих работников сельских районов республики»^[3]; в 1938 году колонизатор снял почти всех заведующих земельными отделами районов, 19 председателей райисполкомов и 22 секретарей райкомов^[3].