Пытки и истязания

Пытки арестованных были официально разрешены Центральным комитетом большевистской партии (ЦК ВКП(б)). Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут: «...против всех арестованных по политическим статьям широко применялись пытки, официально разрешенные как меры «физического воздействия»»; в письме Сталина, разосланном в партийные органы в январе 1939 года, говорилось: «ЦК ВКП(б) разъясняет, что применение физического воздействия в практике НКВД было допущено с 1937 г. с разрешения ЦК ВКП(б)»^[1]. Один из исполнителей в республике - Порубай, в записке областного комитета партии 1938 года названный заместителем народного комиссара (министра) внутренних дел республики. После смены курса его судили - обвинение: «применял извращенные методы ведения следствия и принуждал арестованных к даче заведомо ложных показаний», а по сфальсифицированным им делам тройка выносила расстрельные приговоры^[2]. Чеченский историк А. Г. Авторханов, работавший в те годы в Чечне и писавший об этом в эмиграции, пишет, что следствие по делу «буржуазно-националистического центра» шло три года, и описывает его методы: «Следствие велось с применением обычных для всего СССР методов физических пыток с некоторой добавкой для специфического «национального характера»»^[3]. Авторханов называет тех, кого чекисты замучили насмерть: «Во время этого следствия до смерти были замучены: бывший председатель областного исполнительного комитета Д.Мачукаев, бывший завкультпропом обкома М.Гисаев, бывший секретарь Ингушского обкома ВКП(б) Идрис Зязиков и другие»^[3]. Он пишет и о тех, кого пытки довели до самоубийства: «Не выдержав режима пыток, покончили самоубийством: председатель плановой комиссии республики М.Исламов, секретарь райкома партии М.Бектемиров»^[3]. Авторханов пишет о результате: «Путем этой неслыханной инквизиции, названной «предварительным следствием», чекисты заставили до 90 процентов членов «буржуазно-националистического центра» подписывать и даже сочинять «искренние признания» в преступлениях, которых они, разумеется, не совершали»^[3]. Заместитель председателя правительства республики Абдул-Халим Саламов под пытками подписал «искренние собственноручные показания» о доставке в республику из Англии через Турцию 50 горных орудий, 1000 пулемётов, 200 тысяч винтовок, 5 миллионов патронов, 10 тысяч снарядов и гранат для вооружённого восстания; там же он написал, что Англия обещала поддержать это восстание с воздуха. Он назвал и точное место, где это оружие зарыто в горах; Авторханов пишет: «чекисты изрыли все указанные ущелья гор. При этом, конечно, ничего не нашли, но избиения продолжались с требованиями указать подлинное место, где зарыто это оружие»^[3]. Подсудимые показали трибуналу следы пыток; Авторханов пишет: «Подсудимые, указывая на шрамы от нанесенных ран, на выбитые зубы, изуродованные части организма (один даже был кастрирован во время допроса), заявили, что свои ложные показания они подписали под влиянием этих физических пыток и в надежде, что таким образом будет ускорен день суда, или смерти»^[3].