Массовые убийства гражданских

СССР в начале ноября 1941 года, ведя войсковую операцию против объявленного им «восстания», бомбил боевой авиацией горные аулы Чечни, в которых не было ни этого выдуманного «восстания», ни настоящего протеста. Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут: к подавлению протеста, «кроме оперативных групп и внутренних войск, были привлечены три звена боевой авиации», и «операция оказалась плохо подготовленной в военном отношении и сопровождалась большими потерями среди мирного населения. Бомбы обрушились на аулы, население которых и не подозревало ни о каком «восстании»»^[1]. Историк С. П. Аренин, писавший по документам Отдела по борьбе с бандитизмом НКВД (предшественника современной ФСБ), пишет об операциях 28 октября - 3 ноября 1941 года: они были проведены «чекистско-войсковыми группами, которым были приданы три звена авиации»^[2]. Весной 1942 года, по мемуарам, советская авиация повторила удары в большем масштабе - чеченский историк А. Г. Авторханов, писавший об этих событиях в эмиграции, свидетельствует: «в 1942 году весной советская авиация подвергла дважды бомбежке всю горную Чечено-Ингушетию», и «в аулах Шатоя, Итум-Кале и Галанчожа жителей, убитых воздушной бомбежкой и артиллерийскими обстрелами большевиков, числилось больше, чем оставшихся в живых»^[3]. Авторханов добавляет: «В те дни, когда Сталин устраивал этот ад над собственным народом, на Кавказе не было еще ноги ни одного немца»^[3]. В докладе 141-го полка по войсковой операции 30 октября - 15 ноября 1941 года посчитаны только свои и «бандиты» - «убито: бандитов — 36... Потери полка: убито — 6, ранено — 7»^[4], об убитых и раненых жителях в нём нет ни строки. По Галанчожскому району свидетельства и документы расходятся: историки приводят собранные от находившихся в горах данные, что там «наблюдалось абсолютное спокойствие, и бомбардировки мирных аулов советской авиацией были шоком и для районного руководства»^[1], а доклад Халухаева называет Галанчожский район среди охваченных восстанием^[4].