Формирование идеологии великодержавного шовинизма (1864–1876)
На фоне масштабных территориальных захватов империя концептуализирует свое превосходство над колонизированными народами. Идеолог Катков формулирует: «признать какой-либо элемент в качестве особой нации не значит предоставить ему свободу, но дать ему власть, сообщить ему обязательную силу. В признании нации решается вопрос о власти, о правительстве, о государстве»[1] – признание украинцев нацией исключалось как вопрос власти.
Акторы
| ID | Название | Процедуры |
|---|---|---|
| G0009 | Российская Империя | 2 |
Применённые инструменты
| ID | Название | Процедуры |
|---|---|---|
| S0008 | Правительство | 1 |
| S0010 | Регулярная армия | 1 |
Реализованные процедуры
Системное навязывание логики превосходства метрополии. Логику Каткова исследователи реконструируют так: «нация должна быть племенем, способным создавать государство; только государственная нация может устанавливать порядок в какой-либо территории; племенам, неспособным создавать государство, приходится подчиняться государственной нации»[1]. Сам Катков писал: «В признании нации решается вопрос о власти, о правительстве, о государстве»[1]. Грушевский фиксирует и тезис, и его тираж: Валуев ссылался на мнимое «большинство малороссов», которые будто бы «не знают украинской народности ни языка, а только один российский народ и язык», а рупоры этой идеологии доводили её до формулы «нет никаких русинов — есть только один „русскій народъ", от Карпат до Камчатки»[2].
Использование украинцев в составе имперской армии в масштабных захватнических войнах на Кавказе и в Центральной Азии – рекрутская повинность распространялась на украинские губернии со времен ликвидации автономии[3].