Переяславская рада (1654)
Присяга Богдана Хмельницкого и старшины царю. Установление контроля над Гетманщиной через юридическую ловушку: договор изначально задумывался как асимметричный. «Бутурлін відмовився присягати від імені царя, посилаючись на те, що цар не присягає своїм підданим»[1]. Идеологически захват подавался как спасение единоверцев: «Возврат этих земель в Россию был всеми тогда осознаваем как Воссоединение»[2].
Акторы
| ID | Название | Описание |
|---|---|---|
| G0008 | Московское Царство |
Московское царство использовало критическое положение Гетманщины, чтобы навязать формат подчинения, изначально отказавшись брать на себя симметричные обязательства. Царский посол демонстративно отверг требование казаков о взаимной присяге, превратив соглашение в инструмент одностороннего поглощения: «Бутурлін відмовився присягати від імені царя, посилаючись на те, що цар не присягає своїм підданим. Жодного письмового договору в Переяславі укладено не було»[1]. |
Применяемые техники
| ID | Название | Применение | |
|---|---|---|---|
| T0008 | Лишение субъектности |
Москва с самого начала заложила асимметричный фундамент отношений, жестко обрезав международную субъектность автономии. Удовлетворив внутренние требования казаков, Москва категорически запретила им вести самостоятельные внешнеполитические дела: «Царь Алексей принимает главные требования — все, кроме самостоятельной внешней политики»[2]. |
|
| T0024 | Оправдание через религию |
Захват территорий соседнего государства преподносился населению Московского царства не как акт политической или военной экспансии, а как великая священная миссия. Использование православной риторики помогало оправдать московские амбиции благородными целями защиты братьев по вере: «Возврат этих земель в Россию был всеми тогда осознаваем как Воссоединение»[2]. |
|
| T0088 | Фиктивный договор |
Московское царство использовало критическое положение Гетманщины, чтобы навязать формат подчинения, изначально отказавшись брать на себя симметричные обязательства. Царский посол демонстративно отверг требование казаков о взаимной присяге, превратив соглашение в инструмент одностороннего поглощения: «Бутурлін відмовився присягати від імені царя, посилаючись на те, що цар не присягає своїм підданим. Жодного письмового договору в Переяславі укладено не було»[1]. |
|
Инструменты
| ID | Название | Описание |
|---|---|---|
| S0009 | Дипломатия |
Московское царство использовало критическое положение Гетманщины, чтобы навязать формат подчинения, изначально отказавшись брать на себя симметричные обязательства. Царский посол демонстративно отверг требование казаков о взаимной присяге, превратив соглашение в инструмент одностороннего поглощения: «Бутурлін відмовився присягати від імені царя, посилаючись на те, що цар не присягає своїм підданим. Жодного письмового договору в Переяславі укладено не було»[1]. |
| S0011 | Московский патриархат |
Захват территорий соседнего государства преподносился населению Московского царства не как акт политической или военной экспансии, а как великая священная миссия. Использование православной риторики помогало оправдать московские амбиции благородными целями защиты братьев по вере: «Возврат этих земель в Россию был всеми тогда осознаваем как Воссоединение»[2]. |
Источники
- Михаил Зыгарь. (2023). Война и наказание: Как Россия уничтожала Украину.