Русификация образования и религии (1769–1786)
Системная кампания Российской империи по искоренению языка коренного народа из сфер образования и религии: «в 1769 г. Св. Синодъ не только не разрѣшилъ печатанія южно-русскихъ букварей, но предписалъ отобрать уже находящіеся на рукахъ»[1]; наказом от 26 октября 1784 года киевский митрополит Самуил Миславский велел ректору и префекту Киево-Могилянской академии, «дабы они неусыпное возымели попечение о непременном и неупустительном наблюдении как учителями, так и учащимися правил российскаго правописания», под угрозой исключения студентов из духовного ведомства[2]; в 1786 году Киево-Могилянской академии предписан общеимперский порядок обучения[3].
Акторы
| ID | Название | Процедуры |
|---|---|---|
| G0009 | Российская Империя | 3 |
Применённые инструменты
| ID | Название | Процедуры |
|---|---|---|
| S0011 | Московский патриархат | 2 |
| S0008 | Правительство | 1 |
Реализованные процедуры
Массовое изъятие национальной учебной и духовной литературы: «в 1769 г. Св. Синодъ не только не разрѣшилъ печатанія южно-русскихъ букварей, но предписалъ отобрать уже находящіеся на рукахъ, такъ какъ буквари того времени разсматривались какъ церковныя книги»[1].
Русификация преподавания в главном учебном заведении страны: с 1784 года митрополит Самуил Миславский завёл в Киево-Могилянской академии новые классы географии и истории с наказом вести их «на чистом российском языке», а наказом от 26 октября 1784 года потребовал от учителей и студентов соблюдения «правил правописания, российскому языку свойственнаго» - учителям за упущения грозило отрешение от должности, студентам - исключение из духовного ведомства[2]. Унификацию завершил наказ от 13 февраля 1786 года: «присвоять немедленно Академии Киевской образ учення, для всех училищ в Империи Всероссийской узаконенными»[3] – Киево-Могилянская академия переводилась на общеимперский порядок преподавания.
Вытеснение языка местного населения из сакральной сферы: наказ митрополита Самуила Миславского от 26 октября 1784 года потребовал, чтобы студенты и будущие священники упражнялись «в чтении церковных всякого рода книг, а паче Библии, с приобретением хорошего и чистаго произношения» - по московскому образцу вместо украинской церковной традиции, под угрозой исключения из духовного ведомства[2], а в 1786 году митрополит Миславский предписал духовенству унификацию произношения и правописания по российскому образцу[3].