Колониальная нефть: изъятие грозненских недр и рента казачьего войска (1845-1917)
Российская империя в 1845-1917 годах отобрала у чеченцев грозненскую нефть: доход с недр она законом закрепила за казачьим войском, а чеченские общины к промыслу не допустила - ни как собственников, ни как получателей ренты. 16 февраля 1845 года параграф 154 «Положения о Кавказском линейном войске» отдал казачьему войску доход с нефтяных источников у крепости Грозной: «в знак особого благоволения…в пользу войска предоставляется всемилостивейше пожалованный ему доход от нефтяных источников близ крепости Грозной»[1]. Колодцы, с которых чеченские владельцы прежде торговали нефтью, стали статьёй войскового бюджета, а когда 6 октября 1893 года из скважины компании нефтепромышленника Ахвердова ударил первый промышленный фонтан - «только за первые две недели дал 150 тысяч пудов нефти»[2], - выяснилось, что богатейший промысел лежит под землёй, отнятой у чеченских аулов. Правовую рамку сформулировал в 1894 году начальник Терской области генерал Каханов (стоял во главе области с 1889 по 1900 год[1]), отказавшись распространить на чеченские земли правила о крестьянской аренде недр: «...казенные земли, населенные горскими жителями, отданы были им не во владение на праве собственности, но лишь в пользование...»[2]. Историк З. Х. Ибрагимова подводит распределение: «Если общий доход с нефтяной промышленности взять за 100%, то промышленники получали 35%, казна 32%, собственники земли 24% и посредники 9%» - собственником земли считалось казачье войско, чеченской общине доли не было[1]. Только двум сёлам - Алдам и Новым Алдам - удалось договориться с промышленниками напрямую, и на этих сделках видна настоящая цена недр: 18 апреля 1915 года сход Новых Алдов - села в 520 дворов - сдал нефтепромышленнику Степану Лианозову 20 десятин на 24 года по 5 тысяч рублей за десятину и ещё по 2 копейки с каждого пуда добытой нефти в пользу общества[1], а нефтепромышленник Тапа Чермоев за участки у Алдов заплатил обществу 30 тысяч рублей единовременно и договором гарантировал ему четверть доходов с добытой нефти[1]. Всем остальным чеченским общинам закон не оставил ничего - их долю собирало казачье войско.
Акторы
| ID | Название | Процедуры |
|---|---|---|
| G0009 | Российская Империя | 3 |
Применённые инструменты
| ID | Название | Процедуры |
|---|---|---|
| S0012 | Оккупационные и подконтрольные администрации | 3 |
Реализованные процедуры
Российская империя отняла у чеченцев нефтяные колодцы у крепости Грозной и 16 февраля 1845 года закрепила изъятие законом: параграф 154 «Положения о Кавказском линейном войске», утверждённого императором Николаем I, гласил: «в знак особого благоволения…в пользу войска предоставляется всемилостивейше пожалованный ему доход от нефтяных источников близ крепости Грозной»[1]. До изъятия нефть кормила самих чеченцев - историк З. Х. Ибрагимова пишет по документам: в 1788 году чеченский владетель Казбулат «торговал и имел определённый доход с нефтяных колодцев, расположенных в его владениях»; моздокские казаки в прошении 1811 года вспоминали, как нефть «привозилась на продажу... и продавалась вольною ценою»; «Позднее, нефть была изъята у чеченцев и стала собственностью Кавказского линейного полка, который сдавал её в откуп»[1]. За 57 лет откупной системы, с 1833 по 1890 год, войско получило 152 500 рублей серебром чистого дохода[1][2].
Российская империя приказами по Терской области от 15 августа 1890 года и марта 1897 года запретила чеченским сельским обществам «входить ни в какие соглашения с горнопромышленниками» без разрешения правительства - «Виновных, в лице сельских должностных лиц привлекали к ответственности и в судах возбуждали иски по уничтожению заключённых договоров»[1]. Основание запрета формулирует историк З. Х. Ибрагимова: «Аульные общества были лишены права сдавать в аренду нефтеносные участки - земля им предоставлялась не на правах собственности, а только в пользование с правом поверхностной разработки, недра её считались достоянием казны»[1]. Когда министерство земледелия утвердило правила, позволявшие крестьянским общинам самим сдавать землю под разработку недр, начальник Терской области генерал Каханов в 1894 году «категорически возражал против распространения на чеченские земли» этих правил - и требовал, чтобы даже при признании прав общин приговор о сдаче земли утверждался начальником участка, а треть доходов шла «в уплату подымной подати надлежащих обществ»[2]. Для казаков действовала обратная норма: с 1891 года при отходе недр в казну станицам полагалась замена земли или вознаграждение - «У чеченских обществ запасных земельных наделов государством предусмотрено не было. Тем более речь не шла о материальном поощрении»[1].
Терское казачье войско Российской империи сдавало отнятые чеченские земли в аренду нефтяным компаниям и жило рентой с чужих недр: в 1899 году на войсковых землях добыто около 21,9 миллиона пудов нефти из 26,22 миллиона общей добычи, и только за этот год компании выплатили войску 631,8 тысячи рублей[2]. Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут: крупнейшим собственником нефтеносных участков оказалось именно войско, само разработку оно не вело, а обычные условия аренды составляли 150 рублей в год за десятину (десятина - чуть больше гектара) плюс «от 2 до 6 копеек с каждого пуда добытой нефти»[2]. Историк З. Х. Ибрагимова фиксирует динамику: войсковые капиталы с 1877 по 1900 год выросли с 400 тысяч до 3 миллионов рублей - «Это было результатом получения доходов с нефтеносных земель»[1]. Масштаб задал сам промысел: 27 августа 1895 года скважина №7 Ахвердова дала «фонтан невероятной силы, дававший до 1 млн пудов в сутки... Гул и запах нефти были слышны за 15 верст от месторождения»[3].