Вероломство: Ложные гарантии безопасности

Историк Д. А. Хожаев пишет о сдаче Алибека-Хаджи и его наибов (наиб - поставленный властью управляющий округом) в ноябре 1877 года: «Начальник Терской области генерал князь Лорис-Меликов обманул их, дав честное слово о помиловании всех, явившихся с повинной»^[1]. Секретарь Алибека-Хаджи Гойтукин Расу, очевидец, записал механизм обмана: Алибеку передали, «что если он придет к властям с миром, то ему оставят свободу. Поверив их словам... он явился к начальнику Веденской крепости. Начальник тотчас же приказал схватить его и, заковав ноги и руки в кандалы, отправил в городскую тюрьму»^[1]. Сдавшихся судили военно-полевым судом и казнили.

СССР боролся с восставшими в декабре 1929 года аулами не только войсками, но и ложными обещаниями; чеченский историк А. Г. Авторханов, работавший в те годы в Чечне и писавший в эмиграции, описал эту механику. Для «мирной ликвидации» восстания из Москвы прибыла правительственная делегация - в неё входили член Центрального комитета союзной партии («ЦК ВКП(б)») Николаева и заместитель главы правительства РСФСР Рискулов, - и созданная ею «мирная комиссия» из духовных авторитетов заявила повстанцам в Шали: «в происшедших событиях ответственность несут исключительно местные работники, действовавшие вопреки установкам партии и правительства», а от имени правительственной комиссии было оглашено обращение к чеченскому народу: «внутренние чеченские дела будет решать и впредь сам чеченский народ»^[2]. Повстанцы, пишет Авторханов, «признали эти объяснения удовлетворительными и согласились вернуться по домам»; прибывший следом отряд ГПУ (политической полиции, предшественницы современной ФСБ) три дня арестовывал местных советских работников - как и было обещано; Авторханов продолжает: «а к часу ночи четвертого дня окружили дом бывшего вождя повстанцев Шиты Истамулова»^[2]. Захват сорвался - чеченцы отбили Шиту Истамулова с боем; Авторханов пишет: «На ультиматум сдаться без боя, однако, Шита и его брат Хасан ответили огнем. Часть дома Шиты была объята пламенем, а Хасан тяжело ранен, когда к рассвету подоспела помощь: около сотни вооруженных всадников-чеченцев окружили самую часть войск ГПУ, обложившую дом Шиты. После какого-нибудь часа рукопашного боя отряд ГПУ, числом до 150 человек, был почти целиком уничтожен»^[2]. Авторханов продолжает: «Освобожденный своими друзьями Шита Истамулов призвал всех чеченцев к «священной войне» за восстановление «Имамата Шамиля» и изгнание «неверных» с Кавказа. Следуя этому призыву, вновь восстали Шали, Гойти, Беной»^[2]. Вторым обманом стала амнистия; Авторханов пишет: «Всем участникам восстания, в том числе и вождям восстания, была объявлена амнистия от имени центрального правительства» - Шита Истамулов вернулся в Шали и «по указанию сверху» даже был назначен председателем Шалинского сельского потребительного общества (кооперации по промтоварам)^[2]. Авторханов описывает развязку так: осенью 1931 года Шита Истамулов «был вызван к начальнику районного ГПУ Бакланову для вручения ему официального акта амнистии из Москвы. Вручая ему одной рукой акт, Бакланов из-под стойки другой рукой выпустил в него всю обойму из маузера. Тяжело раненный Истамулов успел насмерть заколоть кинжалом вероломного Бакланова. Наружная охрана добила Истамулова»^[2].

СССР обманом выманивал чеченцев, скрывавшихся в горах от оккупационного режима, обещая свободу, - в бумагах НКВД (предшественника современной ФСБ) это называлось «легализацией». Тех, кто поверил обещаниям, арестовывали или высылали вместе с соотечественниками в Казахстан и Киргизию (нынешний Кыргызстан) в ходе геноцидной операции «Чечевица». В справке начальника управления внутренних дел Грозненской области Дементьева (1956) сказано: только за сентябрь-октябрь 1943 года «легализовано 30 банд, в состав которых входило 183 чел. и 60 чел. бандитов-одиночек»^[3]. Историк П. М. Полян пишет: на учёте НКВД «состояли 1300 так называемых легализованных бандитов, т. е. явившихся, по взаимной договоренности, с повинной и освобожденных за это от репрессий. Всех или почти всех из них арестовали незадолго до выселения или в его ходе»^[3]. В дни выселения войска объявляли прощение ушедшим в горы - и высылали вышедших. Русский студент-очевидец из Грозного, чьё свидетельство напечатал эмигрантский журнал «Прометеус» в 1949 году и приводит чеченский историк А. Г. Авторханов, пишет: «Одновременно была объявлена амнистия [обещание не наказывать] для ушедших в горы, если они явятся добровольно. Фактически некоторые из них и явились, но были также выселены…»^[2]. Летом 1944 года колонизатор повторил обман: историк П. М. Полян пишет, что в июне из Казахстана в Грозный доставили высланных в феврале «испытанных» религиозных авторитетов, и те склоняли сотни скрывшихся чеченцев «к легализации и, стало быть, к выселению»^[3].

Осенью 1994 года Россия напала на Чеченскую Республику Ичкерия под именем марионеточной оппозиции, а 11 декабря 1994 года российская армия открыто вторглась в республику. Оккупанты обещали сёлам Ичкерии не трогать чеченцев, если село сдаст оружие, выведет Вооружённые силы Ичкерии или пустит к себе российские войска, а потом грабили, бомбили и штурмовали сёла, которые им поверили.

Российские генералы и офицеры давали обещания главам сёл и старейшинам на своих постах, на словах или в форме письменного договора^[4].

В середине января 1995 года старейшины станицы Ассиновская на западе Ичкерии впустили российские войска, которые через громкоговорители и листовки обещали никого не трогать. Оккупанты грабили дома, издевались над чеченцами, и к 16 февраля из станицы ушли все чеченские семьи (подробнее: «Мародерство»)^[5].

21 февраля 1995 года глава Самашек, села на западе Ичкерии, и старейшины спросили на российском посту у села генерала оккупационных войск Косолапова, что сделать, чтобы в селе не было войны. В докладе Наблюдательной миссии российских правозащитников приведён ответ генерала: «Надо сдать тяжелое оружие, создать команду ополчения для охраны села численностью 40-45 человек, составить протокол согласия с печатями имама и председателя [сельской администрации], разъяснить народу — вот и все, что от вас требуется». 6-7 марта бойцы армии Ичкерии из других сёл по требованию чеченцев Самашек были вынуждены уйти. 8 марта глава села, имам и пятеро старейшин подписали договор с российскими войсками. Село обязалось сдать тяжёлое оружие и вывести армию Ичкерии, а старейшины взамен просили российские войска не входить в Самашки и не применять силу к мирным чеченцам. Генерал Косолапов подписал договор и отдал экземпляр главе села^[4].

Через 18 дней после договора, 26 марта 1995 года, российские лётчики с шести вертолётов обстреляли Самашки ракетами и тяжело ранили четверых чеченцев. 28 марта полковник, который командовал российским постом у села, потребовал сдать стрелковое оружие, хотя в договоре этого не было. Глава Самашек собрал в селе шесть автоматов и передал их оккупантам. 6 апреля заместитель командующего оккупационными войсками Романов потребовал впустить в село внутренние войска МВД России (предшественников современной Росгвардии) и к семи утра 7 апреля сдать 264 автомата (подробнее: «Коллективные наказания»). Старейшины ответили, что столько оружия в селе нет, и глава Самашек попросил три дня, чтобы собрать около пятидесяти автоматов. Романов отказал. 7 апреля оккупанты обстреляли Самашки из миномётов и штурмовали село. За 7 и 8 апреля российские военные убили в селе 103 мирных чеченца, которых правозащитники переписали по именам (подробнее: «Массовые убийства гражданских»)^[4]. 11 апреля пятеро старейшин Самашек передали правозащитникам на российском посту письменное заявление: «Мы поверили МВД России… мы заставили уйти из нашего села Самашки всех ополченцев. Мы поверили военным, что в этом случае они не тронут мирное население. И вновь ложь. 7 апреля спецназ МВД России начал входить в село»^[4][6].

Около 20 апреля 1995 года старейшины Ишхой-Юрта, села на востоке Ичкерии, пустили к себе российских военных, которые обещали только пройти через село^[7]. Оккупанты стреляли из автоматов по домам и убили женщину, которая несла ребёнка, а ребёнок выжил^[8].

Весной 1996 года российские войска окружали сёла Ичкерии и обстреливали их (подробнее: «Коллективные наказания»)^[9]. Затем оккупанты и марионеточное правительство в Грозном подписывали с селом «Протокол о мире и согласии». Село обязывалось не пускать к себе бойцов армии Ичкерии, а Россия взамен обещала избавить его от боёв^[10]. 14 марта командующий оккупационными войсками на юго-западе Ичкерии Артемов дал российским депутатам честное слово не штурмовать Самашки, потому что село сдаёт оружие^[9]. 15 марта оккупанты штурмовали село и убили не меньше 35 мирных чеченцев (подробнее: «Неизбирательные нападения»)^[7].

31 марта 1996 года президент России Ельцин указом № 435 назвал «подписание протоколов о мире и согласии» одним из главных направлений своей программы для Чеченской Республики^[11]. По данным французского агентства AFP, ещё до указа, к 28 марта, больше 120 сёл Ичкерии подписали протоколы с оккупационными войсками^[12]. 2 апреля Россия и марионеточное правительство подписали «Протокол о мире и согласии» с Шалажи, селом к юго-западу от Грозного^[7]. В ночь на 3 апреля и 4 апреля российские лётчики бомбили село, разрушили десятки домов, убили троих чеченцев и ранили больше трёхсот (подробнее: «Неизбирательные нападения»)^[7][9]. К 20 апреля, по словам главы марионеточного правительства Завгаева, протокол не подписали только 15 сёл и городов Ичкерии^[7]. 25 апреля российские лётчики бомбили Чишки, село к югу от Грозного, которое незадолго до этого подписало «Протокол о мире и согласии». Лётчики убили одну чеченку и ранили ещё двоих чеченцев^[7].

Правозащитники «Мемориала» пишут: «От неизбирательных нападений, ударов с воздуха и артобстрелов подчас не спасали ни перемирие, ни подписание населенным пунктом „протокола о мире и согласии", ни даже занятие села или города федеральными [российскими] войсками»^[7]. Тим Гульдиман, глава миссии Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе в Грозном с января 1996 года, в 1998 году писал, что командующий оккупационными войсками и глава марионеточного правительства Завгаев отчасти навязывали эти протоколы сёлам^[10].

В августе 1996 года Вооружённые силы Ичкерии освободили Грозный от оккупантов, вынудив Россию сесть за стол переговоров^[13]. 31 августа 1996 года были подписаны мирные соглашения в Хасавюрте (подробнее: «Фиктивные договоры»)^[14]. 31 декабря 1996 года последние российские войска ушли из республики^[7].