Торможение демократических реформ и противодействие Народному Руху (1989–1990)

Применение грубой силы партийным активом против активистов Руха: при попытке рухивцев установить крест на могиле расстрелянных под Базаром «активистов в село не впустили» «с помощью кагэбистов и провокаций о „бандеровских" намерениях руховцев», одних участников «вытащили из машины, избили, а флаги изорвали в клочья», а роль «протестующих селян» играли переодетые: «на самом деле это были компартактивисты из ближних районов»^[2]. Политзаключенный Василь Овсиенко попал в больницу: «отколотили меня коммунисты под Базаром 17 ноября»^[3].

Силовая нейтрализация активистов движения руками силовых структур и партийного актива: разгоны памятных акций с избиениями («вытащили из машины, избили») при участии КГБ и милиции^[2], госпитализация избитого политзаключенного Василя Овсиенко^[3], смерть руховца Евгения Меленивского - после «беседы» в областном управлении МВД он «умер по дороге домой»^[4], а позднее - «демонстративная незаинтересованность» правоохранителей в раскрытии преступлений против функционеров Руха: они «демонстративно проявляли незаинтересованность в раскрытии преступления»^[5].

Насильственное исчезновение ключевого функционера движения: «в ночь с 15 на 16 января 1994 двое вооружённых неизвестных ворвались в секретариат НРУ в Киеве, забрали некоторые документы, искали Бойчишина» - главу секретариата Руха Михайла Бойчишина больше никто не видел. Расследование было саботировано: правоохранители «сначала не спешили принимать заявление об исчезновении политика, а затем демонстративно проявляли незаинтересованность в раскрытии преступления», причем «следователей не столько интересовали обстоятельства нападения на Секретариат и исчезновение Бойчишина, сколько финансирование партии»^[5].