Первая мировая война в Чечне: вывоз «ненадежного элемента» в «Дикую дивизию», чрезвычайная охрана и мобилизация бастующих (1914-1917)

Российская империя с началом мировой войны в 1914 году вывезла из Чечни на фронт тех, кого считала опасными. Чеченский писатель Х. Д. Ошаев, уроженец слободы Воздвиженской и свидетель событий, писал: «Как и после 1905 года, наместничество на Кавказе, во время войны, решило вывести из Чечни весь ненадежный элемент, не имевший применения своим рукам, и который мог принести царской администрации много хлопот «в минуту жизни трудную». Скрывающиеся от власти, выразившие желание идти на войну, амнистировались»^[2]. Для этого империя в 1914 году создала Кавказскую конную дивизию, прозванную «Дикой», - шесть национальных полков из горцев по четыре конные сотни: Чеченский, Дагестанский, Ингушский, Кабардинский, Татарский и Черкесский^[1]. Ту же цель позже назвал генерал Деникин, в Гражданскую войну возглавивший Добровольческую армию, занявшую Чечню в 1919 году (кампания C1174): «Едва ли не стремление к изъятию с территории Кавказа наиболее беспокойных элементов было исключительной причиной этого формирования»^[1]. Оставшихся империя держала под усиленными гарнизонами - Х. Д. Ошаев писал: «Во время войны, гарнизоны укреплений Ведено, Шатой, Воздвиженской были увеличены, сотни возов продовольствия, оружия и боеснаряжения, в первые же дни войны переполнили склады этих укреплений»^[2]. В августе 1916 года солдаты Осетинского пешего дивизиона, проходившие подготовку в крепости Воздвиженской, отказались выполнять приказы и оттягивали отправку на фронт; военное командование перебросило из Грозного пехотный батальон, и 26 августа тот расстрелял выступление - историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут: «погибло 16 и получили ранения свыше 30 солдат дивизиона»; часть бежавших укрылась в чеченских аулах и домах^[1][3]. За подстрекательство имперская администрация арестовала двух жителей Старых Атагов - Мурду Хамидова и Джабраила Толгаева; те же историки пишут: «Оба были приговорены к смертной казни и избегли ее только благодаря Февральской революции 1917 г.»^[1].

В мае 1916 года Российская империя мобилизовала в армию бастующих рабочих грозненских нефтепромыслов - тех, кто имел отсрочку от военной службы и участвовал в стачке. Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут: «было издано распоряжение о немедленной мобилизации всех грозненских рабочих, имеющих отсрочку от военной службы и участвующих в стачке»^[1]. Стачка началась со спора о заработной плате: 12 мая рабочие вручили Совету съезда Терских нефтепромышленников письменные требования о её повышении в среднем на 50%, 21 мая в два часа дня по тревожным заводским гудкам промыслы встали, а 31 мая, пишут те же историки, «рабочие повсеместно начали возвращаться на работу»^[1]. Не хотели воевать и те, кого уже набрали: из полутора тысяч человек четвёртого набора «Дикой дивизии», проходивших подготовку в запасном полку, в боевые части прибыли только 553 - остальных военное командование вернуло на Кавказ «ввиду их «ненадежности»»^[1].

Российская империя с формирования Чеченского полка в 1914 году возложила его содержание на сами чеченские общества: полная экипировка каждого всадника обходилась в 300 рублей, и платили их не казна, а сельские общества, рекомендовавшие человека в полк. Историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов пишут: «содержание национальных полков тяжелым бременем ложилось на крестьян-горцев»^[1]. Казённых средств не хватало и на остальное: новый конский состав, собранный для пополнения дивизии осенью 1916 года, был, как пишут те же историки, «весьма плох», и командование дивизии добивалось выделения средств на закупку лошадей^[1].

Российская империя 13 августа 1914 года перевела Терскую область на положение «чрезвычайной охраны» - имперский режим, отдававший жителей под внесудебные полномочия администрации, - а затем администрация области издала приказ «об охране спокойствия на предприятиях», по которому судьбу «нарушителей спокойствия» решали военные суды^[1]. Как это работало, видно по стачке мая 1916 года на грозненских промыслах: администрация ввела на промыслы вооружённых казаков, те арестовали 13 рабочих, и, как замечают историки Я. З. Ахмадов и Э. Х. Хасмагомадов, «все арестованные оказались мусульманами»^[1]. Ещё девятерых рабочих полиция арестовала в первый день стачки - за то, что они подали тревожные заводские гудки^[1].

Российская империя 16 августа 1914 года, через три дня после перевода Терской области на положение «чрезвычайной охраны», ввела в области временное положение о военной цензуре^[1][3].